— Диана! Вы очаровательны! Я…

— Только не говорите, что вы не узнали бы меня! Это не будет для меня комплиментом. — Никола играла с ним.

— Вам я способен говорить только комплименты! — произнес Ганс. — И конечно, вас я узнаю всегда: где бы вы ни были и в чем бы вы ни были одеты! Вечно, всю свою жизнь, Диана… К сожалению, здесь нельзя как следует поговорить, Диана. Но в пятницу, когда я приеду на виллу, смогу ли я поговорить с вами там? Мне это крайне необходимо! Пожалуйста, скажите «да»!

Никола пожала плечом, но…

— Да! Да, конечно! — Что еще она могла ему сказать?..

В это время к ним подошла Жезина в сопровождении молодого человека. Взяв Николу за обе ладони, она так и оставила ее на расстоянии вытянутой руки.

— Диана, сладость моя! Как вы обворожительно красивы! Какой это подарок для меня! Или, — Жезина бросила взгляд на Ганса, — может, не совсем для меня? Ну, это не так важно! Познакомься, пожалуйста. Этот молодой человек англичанин, профессиональный журналист. Сейчас будет освещать работу ярмарки фарфора. Разрешите представить вам, Диана, мистера Роя Форсетта… А теперь не поможете ли вы нам разрешить маленький спор? Он утверждает, что совершенно определенно встречал вас раньше, а я сомневаюсь. Хотя, полагаю, вам лучше знать.

— Да?.. Я тоже сомневаюсь, что мы когда-либо встречались с мистером Форсеттом. Но даже если и виделись, я не запомнила этого! — произнесла Никола по-английски, как и Жезина, и почувствовала, что ступила на опасную почву. Ее рука слегка дрожала, когда она протягивала ее незнакомцу.

Его светлые, холодные глаза придирчиво осматривали ее лицо, волосы, фигуру.

— Я и не надеялся, что вы запомните меня, мадемуазель, — сказал он. — Мне кажется, я видел вас однажды, но на расстоянии, мы даже не разговаривали. Дело происходило минувшей зимой в Шотландии. Вы были там?

Вот так-то! Больше всего она опасалась, что встретит людей, знавших Диану, а оказалось, что опасность подстерегает ее с другой стороны — она встретила человека, знавшего Николу Стерлинг. Что делать? Врать напропалую? Нет, лучше воспользоваться полуправдой. Шотландия все-таки большая страна…

— Да, я была в Шотландии какое-то время. Но…

Рой Форсетт повернулся к Жезине.

— Ну вот, видите! — воскликнул он и вновь обратился к Николе: — Я так и думал. Значит, я прав: я мог вас видеть… — Он на секунду замялся. — В Эдинбурге, в январе?

Никола облегченно вздохнула: зная, что она никогда не встречала его раньше, девушка могла теперь сказать правду (она была на конференции в Глазго в качестве секретаря Лондонской делегации торговцев канцелярскими принадлежностями).

— О, к сожалению, мне пришлось побывать только в Глазго. В Эдинбург я так и не съездила.

Форсетт изобразил удивление: его светлые глаза и блеклые брови полезли на лоб.

— Как, вы посещали Шотландию, мадемуазель, и навестили только Глазго, не повидав священных мест Эдинбурга, не побывав в горах, на озерах?! Честно? Стыдитесь! Вы непременно должны съездить туда еще раз и как можно скорее исправить свою ошибку!

— Да, вы так думаете? — вопросила Никола, перекрывая радостное восклицание Жезины.

— Ну, что я говорила! — резвилась та, обращаясь к своему кавалеру. — Нам надо было спорить на деньги, дружище! Но… — Она бросила многозначительный взгляд сначала на Николу, потом на Ганса. — У меня такое впечатление, что мы здесь лишние. Пойдемте-пойдемте! Где-то здесь должна быть очаровательная рыженькая американка — я ее встретила утром в баре.