Человек криво усмехнулся. Стоило ли тянуть? Почему бы не отдать себя на растерзание волкам, и дело с концом? Мучительнее всего был холод, от которого все тело содрогалось в конвульсиях. Болело разбитое лицо. Одна рана на бедре была глубже остальных и доставляла больше страданий. Человек чувствовал, как погружается во тьму, и изо всех сил старался удержаться на поверхности, зная, что если он заснет, то больше уже не проснется. А он не хотел умирать. Пока еще не пришло его время. Сначала он должен омыть руки в крови лейтенанта Джошуа Берлина, Только когда он еще раз увидится с Анной он…

Сон все-таки поймал его в свои сети, и он задремал ненадолго. Разбудило его негромкое рычание, и он вновь издал боевой клич, который получился у него не таким громким и воинственным, как в первый раз. Тем не менее волки испугались и отступили.

Два Летящих Ястреба покрутил головой. Желтые глаза сверкали неподалеку. На сей раз они не убежали в страхе. В следующий раз не побегут вовсе.

Собрав все свои силы, Два Летящих Ястреба возвысил голос в молитве:

– Услышь меня Тот, Кто Наверху. Дай мне силы пережить эту ночь.

Вновь и вновь он шептал эти слова, пока совсем не потерял голое и мог уже только беззвучно шевелить губами. В лесу было необыкновенно тихо, как вдруг могучие крылья рассекли воздух и заслонили луну. Из темноты появились два краснохвостых ястреба. Не складывая крыльев, они слетели на землю и, став по обе стороны раненого воина, простерли их над ним, согревая и защищая от холодного ветра. – Будь сильным, – сказал один ястреб. – И ты одолеешь своих врагов.

– Будь храбрым, – молвила его подруга. – И ты получишь все, что хочешь.

Все, что хочешь… Он заснул с именем Анны на устах.

Два Летящих Ястреба что было сил крутил головой, надеясь отогнать настырную птицу, но не тут-то было. Как посланец смерти гриф не собирался отступать, и неизбежное свершилось бы, если бы не выстрел, разорвавший утреннюю тишину. Гриф дернулся и перекувыркнулся через голову, как будто его ударила чья-то невидимая рука. Через несколько мгновений из-за деревьев показались два всадника. Это были белые. Одному на вид было лет двадцать пять – двадцать шесть. Открытое мальчишеское лицо, голубые глаза, но холодные и прозрачные, как горная речка, прямой нос, волосы цвета спелой пшеницы. Другой казался намного старше, наверное, лет сорока-пятидесяти. Каштановые волосы уже начали редеть, зеленые глаза блекнуть, узкая спина сутулиться.

Оба громко расхохотались, словно распростертый на земле окровавленный индеец в самом деле представлял собою смешное зрелище. Первым заговорил тот, что был постарше.

– Ну и что, Клайд, ты собираешься с этим делать? – спросил он глубоким красивым голосом.

Клайд пожал плечами.

– Понятия не имею, Барни. Наверное, он что-то не поделил с кем-то…

– Ага! И они поймали его, – хмыкнул Барни. Клайд сверкнул голубыми глазами и сложил губы в невеселую усмешку.

– Моя мама всегда учила меня, что бедных зверюшек надо выручать из беды, – сказал он, прицеливаясь, – а этот парень явно в беде.

– Подожди-ка, – остановил его Барни. – Давай узнаем, кто он и откуда. Может, он апач. Тогда он расскажет нам, где искать золото.

Клайд опустил ружье.

– Эй, индеец, ты апач?

Два Летящих Ястреба покачал головой, едва сознавая, что делает. Клайд опять поднял ружье, и опять его товарищ остановил его.

– Да не торопись Ты его убить, – проворчал он и повернулся к Тени. – Как тебя зовут, индеец? Ты из какого племени?

– Я – вождь шайенов Два Летящих Ястреба, – с гордостью прозвучал ответ.