Завязав на шее галстук-шнурок, он глубоко вздохнул, набираясь смелости. Хотя свадьба будет проходить в безопасном месте и на дружеской территории, Бойд знал, что ему предстоит пройти тщательную проверку у всех присутствующих и получить их оценку.

Он побрел от своего домика к большому дому ранчо. Дул теплый ночной ветерок. Он постучал в дверь, слыша шум разговоров в доме. Открыла ему чем-то смущенная Миранда и жестом пригласила войти.

— Я думала, это священник, — пробормотала она, оставив его в передней.

— Не похоже, — едва слышно ответил он, но Миранда уже проскочила в другую комнату.

Остальные женщины суетились вокруг стола. Казалось, что все происходит в нормальной, мирной обстановке. Подумав о замечательном молодом человеке, которому предстояло жениться сегодня, Бойд порадовался, что они отвлеклись от тягостных забот и устроили свадебную церемонию.

Собранные на отрогах гор дикие цветы наполняли вазы, добавляя свой запах к запаху лимонов и пчелиного воска. В хрустальных вазах стояли также букеты из засушенных трав и цветов. В стеклянных подсвечниках и в медных канделябрах горели длинные свечи, бросая отблески на хорошо отполированные поверхности столов. Кружевные занавески тихонько шевелились — под легкими порывами воздуха из открытых окон. Дом выставлял Абигейль в самом лучшем виде — как добрую, очаровательную и гостеприимную хозяйку. Оказавшись внутри, легко было на время забыть об опасностях, скрывавшихся вне его.

Бойд посмотрел на лестницу, ведущую наверх. Абигейль спускалась… нет, плыла вниз по ступенькам. У него захватило дыхание от ее красоты. Шелковое платье, усыпанное золотыми блестками и отделанное белыми кружевами, было столь изысканно, что казалось, будто его сшили феи. Оно оставляло открытыми ее бархатные плечи и намек на многообещающую ложбинку на груди. Это платье было создано для того, чтобы дразнить и возбуждать, и предназначалось для состоятельной леди. Бойд уныло подумал, а осталось ли что-нибудь от его прежней Абигейль.

Но через мгновение она была уже рядом с ним, и соблазнительный запах лаванды проникал ему в ноздри, поддразнивая его.

Подняв голову, она посмотрела прямо ему в глаза. И Бойд увидел страсть, по-прежнему горевшую в них, и любовь, в которой так нуждался. Абигейль поднялась на цыпочки и легонько коснулась губами его губ. Это прикосновение возбудило его и придало ему силы.

— Ты прекрасно выглядишь. — Ее голос прозвучал глухо.

— А ты, Абби, просто великолепна.

Она не покраснела, только цвет ее глаз стал еще ярче.

— Мне тебя не хватало сегодня ночью, — призналась она. — Я проворочалась до утра, все искала тебя рядом, но тебя не было. — Мягкая белая ручка скользнула в его темную, грубую руку, и этот контраст поразил обоих.

Бойд хотел было напомнить ей, что им придется привыкать к одиночеству, что это лишь первый шаг на пути их разлуки, но не мог позволить себе испортить ей настроение и приглушить ее сияние. Абигейль походила на горящую свечу, которую нельзя было притушить и затем загасить совсем.

— Ты готова встретиться с толпой гостей? — спросил он.

— Я сомневаюсь, придут ли гости. — Было очевидно, что они подумали об одном и том же. — Мне бы очень не хотелось расстроить Билли и Элизабет.

— Им не придется расстраиваться, — пообещал Бойд. — Даже если придут только наши друзья и наши работники, свадьба будет достаточно солидной.

Абигейль улыбнулась, но ее губы чуть-чуть дрожали.

— Ты как всегда прав. Элизабет еще наверху. Пойду проведаю ее.

Он неохотно отпустил ее руку и проследил взглядом, как она поднимается по лестнице.