Наконец лифт остановился, и эта пытка высотой и воспоминаниями закончилась.

— Теперь можешь смело открывать глаза, — сказал Стив насмешливо.

Кристина вышла из лифта и увидела надпись: «Квартиры класса люкс». Она не могла прийти в себя от удивления. Ее поверенный снял для нее номер люкс? Но она точно знала, что ее скромных средств не хватит для оплаты этих апартаментов!

В Найроби Кристине было трудно привыкнуть жить в общежитии и спать с еще двадцатью женщинами в одной комнате, но потом она наконец смогла снять небольшую отдельную квартирку. И, как ни странно, некоторое время после этого ей явно не хватало ее общительных соседок. Однако ничто не могло затмить роскоши отдельной ванной и возможности побыть в уединении.

Кристина в недоумении повернулась к Стиву.

— Это какое-то недоразумение. Я просила Пола Стивенсона найти мне недорогую комнату недалеко от его офиса, — сказала она, растерянно глядя, как Стив с хозяйским видом достает ключ.

Его брови взметнулись вверх, а рот скривился в усмешке.

— Он справился с этим поручением на славу, — заявил он. — Его юридическая фирма находится всего в пяти минутах ходьбы отсюда, а ты не потратишь ни копейки. Ведь ты — моя гостья и остановишься в моей квартире.

— Гостья? В твоей квартире?

Ноги Кристины примерзли к полу.

— Когда Пол сказал мне о твоих пожеланиях, я подумал, что это — наилучший вариант для нас обоих. Нам ведь надо обсудить очень многое, а не только вопросы твоего наследства, тебе не кажется?

Теперь Кристина заметила, что он внимательно посмотрел на ее левую руку, где должно было быть обручальное кольцо, которое он надел на нее четыре года назад. Но оно осталось лежать где-то на улицах Бостона, куда она вышвырнула его из открытого окна такси, не заметив за пеленой слез, куда оно приземлилось.

— Ты имеешь в виду... — Кристина замялась, проводя кончиком языка по пересохшим губам, чувствуя его прожигающий насквозь взгляд. — Ты говоришь о нашем браке? — наконец смогла произнести она.

— Я говорю о нашем браке, — насмешливо подтвердил Стив.

Он подхватил ее небольшую сумку и еще раз смерил Кристину взглядом с ног до головы.

— Для девственницы ты выглядишь что-то уж очень женственно.

Кристина попыталась уверить себя в том, что приступ слабости, охватившей ее, был вызван скорее всего духотой, а вовсе не словами Стива. Однако она не смогла удержаться от восклицания:

— С чего ты взял?

— Что ты девственница? — закончил он вопрос за нее. — Я о тебе все знаю, Крис... В конце концов, ты ведь моя жена...

О чем это он говорит?

Кристину охватил липкий холодный страх. Она ожидала чего угодно, но только не этого. Она была не готова опять бороться с ним. Она приехала сюда, чтобы решить совсем простой вопрос, не требующий большого напряжения сил, — забрать деньги, причитающиеся ей по наследству, и спокойно вернуться в Найроби, а совсем не для того, чтобы выяснять отношения со Стивом.

Сколько бессонных ночей она провела, стараясь подавить страх, вызванный необходимостью вернуться на несколько дней в Бостон! Она приходила в ужас только от одной мысли о том, что вопреки ее воле и здравому смыслу ее детская влюбленность в Стива, каким-то чудом уцелевшая в глубинах подсознания, может выйти на поверхность при встрече с ним. Вдруг она взорвется внутри нее мириадами болезненных эмоций, как часовая бомба, дожидающаяся своего часа, губя ее новое Я, ее новую жизнь, которая так тяжело ей досталась.

Но она никак не ожидала, что Стив вызовет в ней не любовь, а неистовую смесь гнева и враждебности.

Да, она девственница. Это что, преступление?

— Ты не имеешь никакого права соваться в мою жизнь, а тем более шпионить за мной, — заявила она резко, но Стив не дал ей закончить ее яростную речь.