В памяти всплыл этот неприятный разговор сразу после возвращения Никиты в родную Явь. Точнее, на третью ночь, когда слегка поутихли эмоции и жар страсти. Тамара, сидя в постели, подтянув колени к подбородку, и блестя зрачками глаз в рассеянном свете ночника, спросила мужа, зачем он связался с уголовниками.

– Ты с ними проворачивал какие то аферы, так? – спросила она.

– Солнышко, зачем тебе нужно было влезать в мои дела? – поглаживая колено жены, расслабленно спросил Никита. – Я в тот момент ощущал себя в Петербурге одиноким, без каких то связей. Эти парни попались мне случайно, когда залезли в дом на Шуваловских дачах.

– Ты мог бы сдать их полиции!

– Мог, но решил использовать их в своих делах.

– Криминальных, Назаров! – тихо воскликнула Тамара. – Получается, что ты в одной жизни ухаживал за княжеской дочерью, а в другой – нарушал закон! Не понимаю, как я смогла довериться тебе! Ты постоянно меня обманываешь!

На ее глазах блеснули слезы.

– Я был потайником, милая, – напомнил Никита. – Получается, да. Я вне закона. Удивительно, как об этом забыл твой отец.

– Отец тоже хорош! Но речь сейчас не о нем. Неужели у тебя не возникло мысли, насколько опасны были твои связи! Ладно, ты себя подставлял под удар. А обо мне подумал? Как бы я глядела в глаза людей, окружавших меня? Ты воровал? Убивал?

– Не воровал, – честно ответил Никита, – но убивал. Плохих людей… Ради тебя, ради того, чтобы быть рядом с тобой, чтобы защищать. Ты многого не знала, жила в приятном неведении, а я делал грязную работу.

Тамара потрясенно взглянула на него и вдруг всхлипнула, провела пальцами под глазами, растирая слезы.

– Но зачем? Зачем ты усложняешь себе жизнь? Я так испугалась, когда этот твой Хирург рассказал, чем вы занимались, что решила найти всех твоих корешей – так, кажется, воры называют друзей? – и извести под корень. Но я все же поступила честно: дала фору этому старику.

– И как же вы его потеряли? – фыркнул Никита.

– Он дьявольски хитер, – буркнула Тамара и шмыгнула носом. – Заметал следы как лиса, направил ребят по ложному следу, а сам «оборвал» маячок.

– Кто был его хозяином? – усмехнулся Никита, медленно ведя руку вверх по теплому бедру жены. – Научился, чертяка!

– Надо же, заслуга какая – вора обучить специфическим хитростям, – засопела Тамара и замерла, ощущая знакомое покалывание в кончиках пальцев и щекотливый бег мурашек по позвоночнику. – Назаров, ты думаешь, своими штучками разнежишь меня?

– Я по тебе соскучился, солнышко, – обхватывая мочку уха губами, прошептал Никита. – Давай, не будем ругаться. Обещаю, что сотру все следы своей шальной молодости. Но и ты больше никогда не самовольничай, хорошо? Порой такие вещи плохо заканчиваются.

– Позволь и мне предупредить тебя, Назаров, – прикрыв глаза, Тамара расслабленно обхватила Никиту за шею. – Не смей без меня влезать в авантюры. У тебя не будет лучшего друга и советчика чем я. Неужели ты этого не понял? Не забывай, какую клятву мы дали Перуну. Быть вместе. А боги не прощают отступников…

– Что за человек? – вывел Никиту из задумчивости Слон. – Давайте привлечем его к работе.

– Он пропал, – Никита отбросил все ненужные сейчас мысли и обратился к Засекину: – Артем, пошли сегодня патруль к оврагу, пусть как следует его просмотрят на предмет лежек или каких то закладок. Не знаю, пусть поищут что выбивается из привычных вещей.

– Я понял, Никита Анатольевич, – кивнул Засекин.