– Погоди, Тура´, – окликнул другой жрец.

Архип видел лишь его макушку над плечом у первого, но узнал по голосу. Это был Лавр, коренастый рыжеволосый монах, сменивший на посту Босха, бывшего начальника стражи, сгинувшего вместе с Гестом где-то в Пустоши.

– Это Дека. – Лавр сместился к стене, кивнул Архипу и отступил в тень. – Крест велел так пропустить.

Тура обернулся, потом встал как прежде, запустив крепкие пальцы под ремень.

– Крест… – сказал он, ни к кому не обращаясь, и скривился, будто гнилую сливу только что раскусил. – Ну, нехай идет.

Сверля Архипа недобрым взглядом, он не посторонился, когда тот поднялся по лесенке, развел локти в стороны, не отпуская ремень. Лицо у жреца было вытянутое, нос крючком, словно клюв у грифа-падальщика.

Глава клана остановился на предпоследней ступеньке, встретился взглядом с Лавром.

– Отойди, Тура! – грозно крикнул тот. Перехватил штуцер, который держал, зажав приклад под мышкой, пихнул стволом напарника в бок. – Пусти. – И сверкнул глазами, когда жрец оглянулся.

Тура неохотно отступил. Архип молча прошел к двустворчатой двери, покрытой матово-черным деревом. Покосился на охранников, потерявших к нему всякий интерес. Лавр тихо шипел на Туру, нетрудно было догадаться за что. Ну и порядочки у Ильмара в Храме – глава клана недовольно качнул головой, глядя, как бесшумно открываются створки. Видно, не все рады, что Ильмар Крест занял место Преподобного. Интересно, он сам-то об этом знает? Так и до сговора недалеко. Если в охране остались верные Гесту люди…

– Чего мнешься? Заходи, – долетело из покоев.

Архип переступил порог.

Створки, сработанные внутри из стальных листов толщиной с ладонь, поползли обратно – дверь управлялась особым механизмом. Глава клана знал, что в Храме есть подземные мастерские, где трудятся умельцы, которые способны и не такое сотворить. В Ордене есть тепловоз, таскающий вагоны по рельсовым веткам, сохранившимся после Погибели, – чтобы обслуживать такую сложную технику, нужны древние знания. Поэтому монахи привечают у себя в обители мастеровых людей и своих стараются воспитать, на смену старикам. Послушники в Канториуме проходят отбор – не из всех лепят жрецов-карателей, истребителей мутантов, кого-то в те самые мастерские, в механики определяют.

Архип вдруг вспомнил Вика Каспера: щенок к технике тяготел, отец его сызмальства к наукам приучал. Вот почему храмовый переговорщик так хотел Вика тогда забрать! И Архип, дурень, сгоряча отдал мальчонку, думая, что тот сгниет в Канториуме. Там же порядки суровые, враз к повиновению приучают, а Вик свободолюбивый, с норовом был…

– Ну? – Ильмар сидел в кресле за широким длинным столом из темного дерева. – Зачем приехал? Я ж сказал: пришлю Федора.

Глава башмачников сбился с мысли, растерянно заморгал.

– Чего глазами хлопаешь, Архип? Такое чувство, что за тобой стая панцирных волков гналась. Случилось что´?

Архип Дека быстро прошел к столу, оседлал стул напротив.

Ильмар смотрел на него покрасневшими от усталости глазами, сразу видно – не ложился. Веки набрякшие, на квадратном подбородке и щеках вылезла щетина, лицо осунулось.

Не зная, с чего начать, Архип огляделся. Справа и впереди стены занавешены дорогим атласом, слева высокое витражное окно. Покои не изменились вовсе, разве что стол завален бумагами. Гест столько никогда не держал. И как Ильмар в таком скопище разбирается? И зачем?

– Ежа проглотил? – раздраженно бросил Ильмар.

И Архип наконец решил начать с главного:

– Про Можайский тракт слышал?

Преподобный молчал.