|
Мутантский вождь рубящими фразами на крымском наречии песочил кого-то за вчерашнюю попойку, все больше распаляясь. Вскоре он на время перестанет так орать, ведь Ежи сообщит ему решение Баграта. Чемба нахмурит бугристый лоб, внимательно выслушает. Секретарь запустил руку в карман, где позвякивала россыпь патронов – с их помощью он хотел объяснить замысел наступления, расчертив мелком на полу схему Московии, направления движений отрядов, а пульками указать, где и кто позиции займет. Потом вождь волнительно так загырчит, совета выспрашивать начнет, тогда Ежи загрузит его по полной; они пойдут от одного лагеря кочевых к другому и управятся, если на то будет воля Создателя, к вечеру, поделив войско на группы, как и велел Баграт. Тогда и вопросы могут последовать: почему сразу не наступают? Зачем отряд из Киева ждать? Но вождь утомится к концу дня, разморит его на таком солнцепеке, да отдыхать пойдет. А завтра Ежи придумает что-нибудь убедительное, чтобы мутантская армия и сам Чемба так не волновались, изнывая от жары и бездействия.
Еще надо про гронга-разведчика не забыть, отправить тварь в Капотню. Довольный Ежи опять потер ладони. Как он про некроз-то в штабе вовремя вспомнил. Владыка – стратег знатный, а такую мелочь упустил.
* * * Вик пропорол шину в распадке между холмами с выщербленными склонами. Засмотрелся на развалины впереди, съехал с дороги и поймал левым задним колесом заостренный валун размером с арбуз. Пришлось остановиться. Кругом лежали серые камни, торчали огрызки свай, на вершине справа высилась погнутая мачта с обрывками проводов. Проделанная тяжелыми самоходами люберецких кормильцев дорожная колея, рассекавшая ложбину, сворачивала перед руинами, круто забирая вверх, к мачте. Глубоко вросшие основаниями в землю два трехэтажных дома зияли оконными проемами в десяти шагах от сендера. У каждого было по два подъезда, крыши не сохранились, на лестничных пролетах сквозь окна верхних этажей виднелись обломки рухнувших перекрытий. Пока возился с инструментами и снимал колесо, Вик не мог отделаться от ощущения, что на него кто-то смотрит из развалин. Он присел возле сендера, наживив запаску на заднюю ось. Стены дома напротив, сложенные из правильных квадратов, очерченных бетонными швами, сохранили кое-где блестящую разноцветную плитку. Ветер вылизал панели, дожди смыли грязь; между этажами полоской тянулся замысловатый барельеф. На втором доме имелся такой же, только другого цвета. Руины тут явно со времен Погибели, сейчас так не строят. Вик отпустил колесо и вместо монтировки потянулся за револьвером. Заметно подвигал плечами, делая вид, что продолжает возиться с колесом, приподняв голову, скользнул взглядом по развалинам. Наблюдатель в доме сейчас думает, что Вик ставит запаску. Толкнув ногой монтировку под сендер, нагнулся, другой рукой подбросил горсть земли, чтобы облачко взметнулось над багажником, и улегся на живот, глядя в просвет под днищем. Если некто прячется в одном из домов, то лучшего момента напасть не представится. Вик заметит его, подстрелит и поедет дальше. Так и случилось. Из дома справа выбежал громила с подвязанной бинтом челюстью и запылил к сендеру, занося над головой арматурный прут. За ним, прихрамывая, спешил второй кетчер. Длинный, как жердь, он сжимал жилистыми руками обломок доски. Главарь банды не показывался, и Вик насторожился, памятуя, что оставил кетчерам обрез. Дробь, если стрелять из дома, сильно рассеется, но до машины добьет. Правда, тогда стрелок может ранить не только Вика, но и своих. Целя громиле в ноги, он потянул спусковой крючок, боек сухо щелкнул. Разъешь его некроз! Вик взвел курок, барабан провернулся, опять щелчок. Больше медлить нельзя. Пистолет Кристин лежал в котомке, до него быстро не добраться. Вик вскочил, когда громила с выпученными глазами подбежал к сендеру. Прут лязгнул по багажнику, Вик не успел схватить посох, отпрянул в сторону, уклоняясь от удара, и запрыгнул на водительское сиденье. |
