Вик сбавил скорость, подъезжая к заставе на пустыре. Трактор тарахтел к воротам мимо огромных блестящих боками на солнце топливных хранилищ, за ними высилась платформа. Георг говорил, что это нефтяной сектор. Перед высокой бетонной оградой стояли длинные бараки. Дощатые, потемневшие от времени стены приземистых построек не имели окон, каждый барак был обнесен колючей проволокой, по углам жилой территории торчали сторожевые вышки, где дежурили часовые. Далеко за воротами справа виднелись полукруглые ангары, а за ними маячили аккуратные домики с кирпичными стенами и двускатными шиферными крышами. Видимо, там живут короли. Там Кристин!

Сердце Вика забилось быстрей, он невольно улыбнулся, ему снова хотелось увидеть ее темные глаза, услышать задорный смех.

На дорогу вышли три рослых нефтяника в песочного цвета комбинезонах. Тот, что был в середке, смуглый, с густой щетиной на лице, поднял руку, двое других вскинули автоматы. Застава за их спинами больше походила на маленькую, хорошо укрепленную цитадель, большая часть которой скрыта под землей.

Вик заглушил мотор, свернул на обочину, немного не доехав до толстой бетонной плиты, прямоугольником выступавшей на поверхность примерно до пояса. В ее боковине чернели узкие смотровые щели. Через дорогу виднелся второй бункер. Укрепления между собой соединяла глубокая траншея, над которой перекинули две широкие аппарели.

– Я бурильщик, – громко произнес он, показав открытые ладони. – Привез Фоме подарок от Георга.

Под плитой лязгнуло, в сторону съехала ржавая крышка, и из люка высунулся краснощекий, коротко стриженный белобрысый детина.

– От Георга?! – радостно воскликнул он и ткнул большим пальцем в грудь. – Я Фома.

Вик кивнул. Детина выбрался на плиту, махнул пухлой пятерней охранникам, и те опустили оружие.

– Тады неси скорей, а то я заждался, думал, самому к бурильщикам ехать придется.

Перегнувшись через спинку сиденья, Вик распустил жгут, взял коробку с подарком и нахмурился, уставившись на троицу с автоматами возле дороги.

– Чего стал? А… Ильяс, присмотрите за сендером! – крикнул охранникам Фома.

Он стоял на плите, уперев руки в бока, высокий, широкоплечий, в черной безрукавке, перетянутой патронными лентами.

Вик зажал коробку под мышкой, вылез из машины и зашагал к бункеру.

Глава 9

Тонкие стволы деревьев тянулись к небу. Солнце, заползшее в зенит, едва пробивалось сквозь кроны. Раньше Крум не бывал в лесу, на Крыме ведь почти не растут деревья, больше кустарник с колючками, редко попадаются липты, которые сильно сушат почву мощными корнями, любые растения вокруг них сразу чахнут. Искать воду рядом с липтой бесполезно.

– Ты готов? – спросил Демир, отвлекшись от костра.

Крум лишь прикрыл глаза. Раздетый догола, он полулежал на пригорке, покрытом мхом, и старик собирался достать пулю из его плеча. Рану на ноге Крума Демир промыл и зашил, потом наложил повязку.

За деревьями на опушке виднелся «тевтонец». По броне ползали Жив с Тодором: Верзилы маскировали машину, крепя срезанные ветки на проклепанных угловатых дверцах и крыше. Стоян сидел за пулеметом, Ферзь был внутри. Вор не приходил в сознание, он потерял слишком много крови, и это сильно беспокоило мутантов. Без него они не проедут в Капотню, где, по сведениям Владыки Баграта, кланы должны собраться на Совет.

– Не тяни… – прохрипел Крум. – Нож… давно прокалился.

Старик сидел возле костерка, над которым из веточек сложил решетку, чтобы дым рассеивался, не был заметен издали, и держал в пламени длинное лезвие своего кинжала.

– Молчи. – Он провернул рукоять в руке. – Мало я из тебя свинца вынул?

– Достаточно, – выдохнул Крум.