Везде, где бы ни появлялся Длинный Меч, ему сопутствовала победа. Он доказал, что он хороший, крепкий, безжалостный воин, и поэтому король, ныне правящий, отправил его во Францию вторым командующим армией – на ступеньку ниже, чем принц Ричард.

Им обоим повезло – они не поссорились, не стали соперничать и ставить палки друг другу в колеса. Благодаря их общим усилиям Гасконь не пала под напором войска Людовика, славный город Бордо отказался подчиниться французской короне и первый этап войны был выигран англичанами.

Людовику предстояло крепко задуматься, прежде чем возобновлять атаки на эти твердыни английского владычества на материке.

Оставив Ричарда при армии, Лонгсворд вознамерился вернуться домой морем. Наступила осень, а вместе с ней пришли и осенние штормы. Несколько раз казалось, что судно непременно захлестнут свирепые волны Бискайского залива. Когда последний груз был выброшен за борт, чтобы облегчить тонущий корабль, набравший сквозь течи полный трюм воды, моряки впали в отчаяние, а Лонгсворд обратился с молитвой к Пресвятой Деве, которая покровительствовала ему, как он убеждал себя в этом с раннего детства, когда он впервые зажег свечку перед ее алтарем, и далее, со дня его посвящения в рыцари, и милостиво прощала ему все содеянные им злодейства.

В ответ на молитву Длинного Меча Господь позволил чуду свершиться.

И Лонгсворд, и моряки увидели над клотиком мачты фигуру. Это была женщина божественной красоты, в которой все сразу же признали Святую Девственницу. Она пришла к ним на помощь, когда они как раз в ней нуждались.

Мачта, почти лежащая на волнах, взметнулась вверх, выпрямилась, корабль обрел устойчивость… а фигура исчезла среди штормовых туч.

Корабль долго еще дрейфовал, но в конце концов благополучно добрался до гавани. Точнее сказать, его выбросило на мель возле какого-то острова.

Лонгсворд спрыгнул за борт и, шествуя по колено в воде по зыбучему песку, выкрикивал:

– Пресвятая Дева спасла нас!

Людовик убрался в свое логово и зализывал там полученные раны.

– А что дальше? – поинтересовался Генрих. – Надо ли нам продолжать? Стоит ли возвращать все владения, утерянные моим отцом?

– Военные действия надо тщательно спланировать, – таков был ответ де Бурга. – Мы дождемся возвращения Уильяма Лонгсворда и выслушаем его доклад. Он знает, сколько у Людовика собрано сил.

– Армия Людовика – это мусор, раз мы разгромили ее в первых же сражениях.

– Одна или две победы не означают исхода всей войны, – предупредил короля Губерт. – Давайте подождем, не обольщая себя, пока не явится к нам граф Солсбери с подробным докладом.

Несколькими днями позже Генрих вдруг захворал, и Губерт стал беспокоиться за жизнь короля.

– Что нам делать? – в панике вопрошал он у единственного собеседника архиепископа Кентерберийского, которому мог доверять. – Может возникнуть смута. Враги могут срочно вызвать Ричарда из Гаскони. Мерзавец де Роше только и ждет удобного момента, чтобы перегрызть нам горло.

Стивен Ленгтон, как обычно, призвал его набраться терпения. Король молод и обязательно выздоровеет. Они должны сделать все, что в их силах, чтобы он скорее поправился, и не допустить распространения зловредных панических слухов. Свежеиспеченный граф Ричард Корнуолл имеет задатки вождя, но его трудно прибрать к рукам и вообще невозможно водить на поводу. Прекрасно, что его вызвали в Лондон, он в пределах досягаемости и сможет наследовать трон в случае кончины Генриха, но нельзя терять надежды на милость Божью и надо молиться о скорейшем выздоровлении Его Величества.

Такова была речь мудрого церковника, и так и случилось. Король встал на ноги и выглядел столь же бодрым, как и до начала военной кампании во Франции.