— Но мы же друзья, союзники, — быстро сказала Висиния, но по взгляду Драка она поняла, что он видел в ней не союзницу, а всего лишь ужин.

Между тем Турк, казалось, совсем отвлекся. Большой тролль не обратил никакого внимания на сказанное, а только задумчиво смотрел в сторону Маги.

Драк, усмехаясь, подошел ближе и поднял кулак. Кровь ударила в голову Висинии, когда она увидела его толстые острые когти, потрескавшиеся края которых были в грязи. Но неожиданно появился Турк и схватил руку Драка.

— Я не разрешал тебе трогать ее, — спокойно заявил большой тролль.

Никто не двинулся, но Висиния увидела, как обозначились его кости под кожей.

— Хватит, — наконец сдался Драк, и Турк выпустил руку меньшего тролля из стальной хватки.

Затем большой тролль опустился перед влахакой и вновь внимательно посмотрел на нее.

— Мы берем тебя с собой, женщина. Ты не можешь оставаться здесь, да и мы тоже.

— Хорошо, — ответила Висиния так спокойно, как только могла.

— У нас война, — продолжил тролль. — Мы не можем позволить себе иметь дополнительные трудности. Если ты будешь мешать, я предоставлю Драку полную свободу действий. — Понятно.

Согласно промычав, тролль поднялся и повернулся к троллям.

— Мы отправляемся в путь. Шляйхер, ты пойдешь вперед. Разведай дорогу.

Маленький тролль молча кивнул и побежал в темноту. Его шаги затихли через несколько мгновений после того, как его поглотила темнота.

— Возьми с собой свой свет, — приказал Турк, и Висиния поспешила поднять лампу.

Потом тролли обступили Висинию так, что она оказалась в центре, и вся группа побежала вдоль стены прочь от Маги, вглубь горы. «Как же я попала сюда? — удивилась Висиния. — И против кого они ведут войну, если это не карлики?»

Однако отвечать на все эти вопросы было некогда, и она просто вместе с троллями начала спускаться в глубины земли.

28

День, проведенный на открытой поляне, отнюдь не испортил настроения Парда. Также и другие тролли вели себя спокойно и даже шутили. Стена же, наоборот, начали преследовать мрачные мысли и образы, он чувствовал себя абсолютно лишним в обществе троллей, эльфов и прорицателя. Целый день он пытался заснуть в домике, но его душа никак не могла успокоиться. Он долго витал между сном и явью, так как его все время будили звуки леса и частые приступы кашля прорицателя, напоминая ему, где он, и возвращая в реальность.

Окончательно сдавшись, Стен, угрюмый и усталый, сидел перед хижиной, в то время как Пард рассказывал одному троллю, как он сражался с сотней карликов и победил их. «Разве не говорят, что благодаря сну все забывается? Но если сон не хочет приходить, значит, и забыть будет невозможно», — подумал влахак и зевнул. Он вполуха слушал историю, полную кровопролития. «Как бы я хотел, чтобы Пард наконец закончил свою историю, смысл же все равно в конце будет таков, что тролль съест всех карликов». Пока Пард рассказывал дальше, для наглядности помогая себе активными жестами, Стен заметил, что лес стал каким-то странно тихим. Птицы умолкли, да и другие звери больше не издавали никаких звуков. И хотя такому могло способствовать присутствие троллей, Стен заметил, что в более дальних окрестностях звуки ночного леса остались прежними.

— …тут он схватил этого маленького ублюдка за ногу обеими руками и…

— Тихо, — прошипел Стен, заслужив тем самым гневный взгляд Парда.

Обведя рукой близлежащий лес, юный воин сказал:

— Здесь поблизости что-то есть. Звери молчат.

Тролли тоже внимательно всмотрелись в темноту.