Не колеблясь, влахак вошел в темноту. Он подумал немного, зажигать ли лампу, которую взял с собой, но потом решил все-таки не делать этого. Потом ему показалось, что он услышал вдали глухой гром. «Может, это я почувствовал удар сердца?»

Однако шум затих, и Стен не смог сказать, что это было. Свет луны совсем приглушенно пробивался в пещеру, и от дыхания Стена в сумеречном свете образовывались облачка.

— Добро пожаловать на мою родину, хареег.

Голос прозвучал ясно и приветливо несмотря на то, что шел из непроглядной темноты, которая царила в задней части пещеры. Затем вперед выступил массивный силуэт. Когда на тролля упал свет, влахак сразу же узнал Керра, хотя тот вроде и изменился. Он стал больше и мощнее, и весь его вид должен был вызвать страх у любого другого человека. Однако Стен почувствовал только радость от новой встречи.

Тролль ловко размотал маленький узелок, и свет завернутых в него лишайников окружил их своим своеобразным слабым сиянием, необычность которого Стен успел позабыть.

— В твоем мире холодно, — заявил тролль и оскалил клыки.

— Добро пожаловать назад во Влахкис, Керр.

— Старики говорят, что скоро снова станет тепло. Что снег и лед должны уйти, как это случается каждый год.

— Это так. Скоро наступит весна. Зима во Влахкисе была долгой и тяжелой, но и она прошла.

— Это хорошо. Я не люблю холод, — сухо констатировал Керр.

— Это первая схожесть, которую я замечаю у тебя и Саргана. При таком замечании и человек и тролль усмехнулись.

— Как у вас дела? Турк все еще ведет ваше племя? — спросил Стен.

— Да. Мы нашли и собрали вокруг себя тех, кто еще остался. Все, кто остались без племени, гонимые и потерянные. Их много, но становится с каждым разом все больше. Мы — новое племя, и мы большие и сильные. У нас, троллей, снова есть надежда.

Стен с удивлением посмотрел на юного тролля. «Он изменился. Мы все изменились. Но он особенно сильно. Из боязливого юного тролля получился настоящий предводитель, более дальновидный и спокойный, чем другие тролли. Он напоминает мне Друана».

— Я нацарапал историю Парда на стене. И некоторых троллей научил читать звуки, чтобы они могли прочитать о деяниях Парда.

— Это хорошо. Он заслужил, чтобы о нем помнили.

— Я также написал про Анду. Чтобы ее историю тоже не забыли. Почему тролли боролись; почему Пард убил ее и погиб сам.

— А что с троллями Анды? — спросил Стен. — Их еще много осталось?

— Да. Мы держим их вдали от сердца, но они прячутся. Без предводительства Анды они стали слабее. Им не хватает единства. Они убивают друг друга, так как перестали быть троллями. Некоторые сбежали через горные туннели, о которых не знает ни один тролль. Некоторые из нас думают, что за этими туннелями находится что-то другое, другая страна с еще большим количеством туннелей, и возможно, когда-то мы должны последовать за ними.

Керр, казалось, скорбел о потере каждого тролля, то ли просто из-за смерти, то ли из-за обещаний Анды.

— А что с маленьким народцем?

— Карлики все еще прячутся в своих пещерах. Но мы знаем, что они вернутся. Турк всегда говорит, что скоро они сделают себе достаточно оружия и разработают план. Между нами сейчас просто перемирие, но не более того.

Когда Стен такое услышал, то не смог удержаться от усмешки.

— Почему ты смеешься? — спросил Керр.