— Подумаешь! Они могут говорить столько, сколько захотят! Но пусть только попадутся мне на пути, и они со всем согласятся!

Пард напряг мышцы и ударил кулаком правой руки по ладони. Громкий звук привлек внимание других троллей, которые тут же повернули к ним головы. В их глазах Стен увидел любопытство, но также страх и гнев и поспешил сказать:

— Притормози. Сначала мы должны решить ваши проблемы, понятно?

— Хорошо. И какой у тебя план?

— Ты сдерживаешь своих соплеменников. Я не хочу никаких происшествий, — прошипел Стен, отчего Пард зло посмотрел на него.

— Да хорошо же, я понял.

— Мы выступаем сегодня ночью. Я выслал вперед гонца, который предупредит людей по нашему пути, чтобы ничего не произошло. Мы будем обходить все поселения и днем укрываться в лесу. Как у вас обстоят дела с запасами?

— Хорошо. У нас осталось не так много. Мы не можем охотиться, так как…

— Ну ладно, — перебил его влахак. — Мы возьмем с собой достаточно провианта. Я буду сопровождать вас, но я буду один. Чем меньше людей вы встретите, тем лучше, или как?

— Да. Люди представляют собой нервную тушу мяса, и не каждый тролль так снисходителен, как я, — согласился с ним Пард, в ответ на что Стен поднял одну бровь, но промолчал.

Он окинул взглядом собравшихся вокруг них троллей и спросил:

— Сколько троллей последовало за Андой? Сколько еще находятся под землей и не приняли ничью сторону?

Задумчиво Пард посмотрел в потолок, затем пожал плечами.

— Я не знаю этого. Некоторых убили. Турк многих увел из своего племени, когда стало совсем трудно. Другие, вероятно, присоединились к Анде. Но мы не знаем, сколько и кто.

— Ее слова звучат хорошо, — неожиданно сказал Керр, который до сих пор слушал молча. — Мы должны перенести войну к карликам. Не спускаться все ниже, когда карлики захватывают все больше туннелей, а оттеснить их, уничтожить или изгнать из гор. То же самое и с людьми.

— Но она не может думать, что ей удастся изгнать из страны всех людей!

— Поверхность опасна и чужда для троллей, — согласился Пард со Степом. — Но она ненавидит вас, что глупо.

— Можно презирать вас, но ненавидеть? Вы — слабые, вы не вторгаетесь в наш мир. Ее ненависть безрассудна. Карликов можно ненавидеть. Маленькие жадные сволочи. Их воины приходят в наши пещеры и убивают нас. Но зачем людей?

— Тем не менее ты ищешь нашей помощи, — спокойно подытожил влахак и снова повернулся к Керру. — Ты говоришь, что идеи Анды приняло много троллей. Но она приказывает своим троллям убивать других троллей. Разве это не должно многих напугать? Хотя все-таки ваш закон запрещает вам это.

— Закон! Ну и что! — ответил Пард. — У нас нет законов. Такого просто не происходило, так как хуже этого нет ничего. Никто не будет укрывать у себя убийцу троллей. А если ты один, то смерть поджидает на каждом шагу.

— Описание вашей родины звучит не очень приятно для моих ушей. Неудивительно, что так мало людей спускается туда.

— Это родина моего народа. Только она делает нас троллями. Сильными! Крепкими! — гордо заявил Пард.

— Почему же тогда некоторые тролли последовали за Андой, хотя ее действия противоречат всему, что знает твой народ?

Керр медленно покачал головой, а Пард не смог ничего на это ответить.

— Не важно, — вздохнув, сказал Стен. — Подготовьтесь, мы должны отправляться в путь как можно быстрее.

Прокричав несколько приказов, Пард превратил и без того переполненный сарай в абсолютный хаос.