Однако в Турдуе Гиула разрешил строить поселения вплоть до самых стен города. И, несмотря на то что они были толстыми и крепкими, было заметно, что властитель Сиревы больше энергии и труда потратил на украшение каменных стен, нежели на укрепление. То же самое касалось и самой крепости в сердце города. В Теремии замок был окружен мощеными площадками, на которых не разрешалось строить дома, а Деза находилась на каменном плоскогорье, вокруг которого были возведены надежные стены, а сам город приобрел славу полностью неприступного. Но здесь, в Турдуе жилые дома доходили до самой крепости Зварен, которая и являлась резиденцией семьи Бекезаров. В случае нападения врагам будет достаточно легко найти себе укрытие и возможность подобраться к стенам замка через эти дома. «Между Садатом и Мардевом, между Цорпадом и Ионной шла такая долгая война, что мы порой забываем, что даже во Влахкисе есть более мирные районы. Хотя и сами марчеги были далеко не самыми верными союзниками. Но в какой-то мере они никогда не переходили дальше угроз развязать войну, ограничивались небольшими боями и стычками. Были разбойничьи набеги, но не военные походы. Ну да, ворон ворону глаз не выклюет, так, кажется, говорят».

— Милый городок, — саркастическим тоном заметила Флорес.

— Переполненный жителями и беженцами. Если новости о резне в горах будут распространяться, то еще больше людей из окрестностей будут искать безопасности в городе.

— Как ты думаешь, что там произошло? — спросила Флорес и повернулась к северу: в сумраке рассвета можно было уже разглядеть отроги Соркат.

— Я не знаю. Стен всегда говорил, что тролли как были монстрами, так и остались. Кто может знать, что там происходит?

— Но ты действительно считаешь, что это были тролли? Ростом в четыре шага! Даже Пард не такого роста.

— Ты думаешь, сын Гиулы врет?

Флорес задумчиво посмотрела во двор крепости, где находились где-то с десяток масридских солдат. Мужчины смеялись над чем-то; только вот над чем, юная наемница не могла разобрать.

— Вряд ли. Я думаю, что он видел что-то. И если он говорит, что эти существа были такого роста, тогда я в это тоже верю. Он опытный воин, даже если его разговоры больше, чем его ум. Если он не врет, то возникает вопрос, что же он, собственно, видел.

— Мы не знаем, есть ли тролли выше Парда, — подала идею Висиния.

— Точно. Но я также не верю, чтобы Друан и его племя добровольно вернулись на поверхность. Для этого они слишком ненавидят все здесь.

— Это загадка; еще одна, которую мы не можем разгадать.

После этого обе женщины помолчали немного, продолжая рассматривать город и его жителей. Тут они увидели, как с востока к городу диким галопом приближается всадник. С земли, твердой как камень, поднимались клубы пыли. Некоторое время Висиния наблюдала за всадником, пока тот не скрылся за стеной города. Тогда влахака вновь обратила взор на речку Маги.

— В любом случае Стен перевернет горы, когда узнает об этом, — предположила Флорес.

— О да. Он и так был против того, чтобы я выполняла просьбу Ионны.

— Он будет винить себя. Особенно если за всем этим действительно стоят тролли. Он все еще чувствует себя ответственным за то, что эти существа вообще увидели наши земли. Наверняка он бросит все, как есть, и придет сюда через леса.

— Я надеюсь, что он такого не сделает! Насколько сильно мы его любим, настолько сильно масриды ненавидят его. Его присутствие только испортит все. Наша единственная надежда — переговоры. Для этого нам нужно узнать, что действительно произошло на севере.

— Это будет трудно, учитывая, что мы даже не можем выйти из этой трижды проклятой крепости. Как ты выдержала в прошлый раз? Я уже сейчас готова задушить всю эту ухмыляющуюся охрану! — разгорячилась Флорес.