— Не тролли. Люди, — сдавленным голосом заявил Тамар. — Под знаменами с драконом.

У пораженной Висинии перехватило дух. Дракон был изображен на гербе марчега Ласцлара Сциласа, властителя Валедоары. В ее голове сразу закипели мысли, так как эта новость означала, что уже нарушенное равновесие сил во Влахкисе изменится невероятно быстро и с непредсказуемыми последствиями.

— Марчег Сцилас выступает против вас? — удивленно спросила Флорес, словно прочитав мысли Висинии.

— Так это выглядит. Очевидно, его армия продвигается на Турдуй.

— Когда это началось?

— День назад, максимум два. Мы отправили лазутчиков, но пока еще не получили никаких сообщений.

— Вот уже два дня? Может, только один? Где ваши солдаты? Что с укреплениями? Нужно перевести людей в город, стены нужно… — начала было Флорес, но Тамар прервал ее, мрачно взглянув на отца:

— Я знаю. Большая часть наших воинов находится на севере и на западной границе. Вы, вероятно, знаете об этом. Ласцлар нападет в такой подходящий момент. Наши силы распылены по стране. Ему нужно было захватить лишь несколько постов на востоке, и даже не было никакого предупреждения!

— Марчег, — обратилась Висиния к старшему масриду, который за это время не произнес ни слова.

Медленно, словно пробуждаясь от сна, пожилой мужчина посмотрел на влахаку и заморгал. На какой-то момент Висиния усомнилась даже, узнает ли он ее, но затем он кивнул ей.

— Отправьте посланника к моей сестре. Она вышлет вам помощь! Ведь мы прибыли сюда, чтобы заключить союз. И несмотря на все трудности, мы не должны быть больше врагами. Вместе мы сможем победить марчега Ласцлара!

Перемена, происшедшая с масридом после этих слов, была просто ошеломляющей. Он мгновенно подскочил и, словно обвиняя, наставил палец на Висинию.

— Да как вы смеете? — закричал правитель. Его голос даже задрожал от гнева. — Ваши чудовища убивают мой народ. И вы предлагаете нам помощь? Откуда Ласцлар знал, что мы уязвимы именно сейчас? Это вы придумали с ним вместе! Но ваш план не пройдет! Турдуй — это резиденция моей семьи, и он навсегда ею останется! Ваши проклятые влахакские потаскухи думают, что смогут запутать меня своими сладкими речами, но я чувствую яд в ваших советах!

Оскорбленная Висиния отшатнулась на шаг от марчега, лицо которого скривилось от злобы и ненависти. Она молча смотрела на рассвирепевшего марчега, затем взглянула на Тамара, лицо которого оставалось непроницаемым.

— Я не думаю… — начал было юный масрид, но отец перебил его, презрительно фыркнув.

— Ты не думаешь? Это точно! В соответствии с твоими желаниями мы отправили наших воинов, лишив сердце страны без защиты! Ты позволил запутать себя ложью! Из-за тебя Турдуй сейчас остался почти без защиты перед врагами!

— Сцилас обманул нас. Отец! Его обещания объединиться оказались пустыми словами! Я никогда…

— Молчи, — зашипел Гиула на сына, и тот смолк.

Но на лице Тамара был написан гнев. Марчег тоже весь кипел от гнева, но, когда повернулся к Висинии, он, казалось, снова овладел своими чувствами.

— Вы возвращаетесь в свои комнаты и не покидаете их. Моя семья уже не раз выстаивала в подобных ситуациях, так что мы можем пережить и это предательство. Чтобы заняться вами позднее, боярыня.

С этим последним предупреждением масрид отпустил влахаков. Висиния медленно вышла в коридор. Флорес сразу же приблизилась к ней и зашептала:

— Старик совсем сошел с ума.