— Тебе лучше снова лечь, — посоветовала она Висинии. — Все это определенно нехорошо для тебя… для вас, — заявила юная воительница многозначительно.

— Все это точно нехорошо для любого человека, благодарю, — ответила Висиния немного резче, чем намеревалась, хотя по существу не смогла бы возразить Флорес.

«Если я действительно беременна, то осажденный Турдуй в любом отношении самое последнее место, где я хотела бы проводить время», — подумала она, откинувшись на подушку и на минутку закрыв глаза.

Обреченные на бездействие, обе влахаки с нетерпением ждали новостей.

Наконец послышались трубы со стороны восточной стены, за ними последовали крики. Флорес глубоко вздохнула, да и Висинии эти звуки принесли некоторое облегчение, хоть они и означали, что на горизонте показался авангард наступающей армии.

— Ну, начинается, — мрачно констатировала Флорес, и ее лицо исказил гнев: — И мое единственное оружие — это ночной горшок и два деревянных канделябра!

В ярости она подошла к двери и заколотила по ней кулаками. Юный воин-масрид приоткрыл дверь.

— Приведи мне твоего господина, Тамара! — приказала Флорес решительным голосом.

— Мне приказали… — начал было солдат, но влахака перебила его:

— У нас есть информация, которая важна для обороны. Если принц не узнает о ней, то дело будет плохо.

Масрид в нерешительности смотрел то на Висинию, то на Флорес. Было видно, как в нем борются лояльность и страх. Поэтому Висиния одобрительно улыбнулась и кивнула. Не говоря больше ни слова, он захлопнул дверь, и женщины услышали удаляющиеся шаги.

— У нас есть информация, которая важна для обороны? — переспросила Висиния Флорес, высоко подняв брови.

— Им понадобится каждый меч, который они только могут получить. Возможно, принц не так уж умен, но, по крайней мере, он не такой сумасшедший, как его отец. Может, мы сможем все-таки поговорить с ним?

Висиния с сомнением посмотрела на юную воительницу, но ничего не сказала. Через какое-то время дверь открылась и в комнаты вошел Тамар. На его кожаных латах были нашиты металлические кольца, руки и ноги закрыты металлическими пластинками, На одном боку у него висела тяжелая секира с украшенной шапкой в форме грифа. «Гриф Бекезара», — подумала юная боярыня. Лицо Тамара было лишено какого-либо выражения, когда он входил, однако при виде Флорес в глазах загорелся темный огонек.

— Так вы обладаете информацией, полезной для нас?

— Нам нужно поговорить, — заявила Висиния, получив в ответ еще более мрачный взгляд.

— Так это просто хитрость, дешевый обман? — холодно спросил Тамар и хотел уже отвернуться, однако Флорес быстро сказала:

— Мы можем вам помочь.

Масрид застыл.

— Как?

— Мы можем бороться, — объяснила Флорес.

Однако Тамар лишь холодно рассмеялся в ответ.

— И сколько вас? Там, снаружи, перед воротами нашего города, стоят сотни, возможно, даже тысячи, а вы хотите нам помочь?

— Дополнительные полдесятка мечей лучше, чем ничего.

— Полдесятка вооруженных воинов, которым я не могу доверять, — это хуже, чем их отсутствие.

— Независимо от того, каков будет исход этой битвы, принц, — начала Висиния, — жизнь продолжается. Вы знаете так же хорошо, как и я, что марчег Ласцлар уничтожит ваш дом, если ему представится такая возможность.

— Мы будем защищать Турдуй! — горячо воскликнул масрид.