Громкий крик разбудил Стена. Кто-то прокричал его имя, но прошло несколько мгновений, пока воин снова осознал, где он был. Во рту у него пересохло, а на языке был неприятный привкус. Тело горело, и Стен почувствовал на коже пот, который он не смывал вот уже несколько дней. Вокруг него задвигались тролли, которые с любопытством выглядывали в дверной проем. Некоторые продолжали просто спать, но Пард и Керр вопросительно смотрели на Стена. Однако тот лишь покачал головой. Потирая глаза рукой, он взбежал по лестнице и осторожно поднял подъемную дверь. В доме царили сумерки. Окна и двери были закрыты, и только несколько лучей света проникали внутрь.

Тут голос снова позвал Стена. На этот раз мелодичное звучание разворошило воспоминания, но, прежде чем влахак уверился в безопасности, дверь распахнулась и человек в доспехах вырисовался темным силуэтом на фоне яркого солнечного света. Удивленный Стен потянулся к оружию, а из погреба донеслись громкие ругательства, за которыми последовал крик: «Уберите этот проклятый свет!»

Когда Стен заметил, что человек не приближается, он засунул назад в ножны наполовину вытянутый кинжал и толкнул подъемную дверь, отчего та упала на пол.

— Да? — осторожно спросил он, не выпуская рукоять длинного кинжала.

Однако вооруженный человек не ответил, а лишь сделал шаг назад. И тут же в дверь вошел маленький человек важного вида. Стен заморгал, не веря своим глазам, но, когда рыжеволосый человек подошел ближе, влахак тут же узнал его.

— Сарган! — радостно вскрикнул он и подошел к дирийцу, который улыбнулся и кивнул.

И прежде чем Сарган успел что-нибудь сказать, Стен подскочил и обнял его.

— Приветствую тебя, Стен сал Дабран. Ты снова путешествуешь с троллями, как я слышал, а теперь еще могу подтвердить по запаху?

Стен не смог сдержать ухмылки.

— Да, мне следовало вчера искупаться в речке, но ты же знаешь: когда сам чист, то запах остальных кажется еще сильнее.

Он отошел на шаг назад и осмотрел дирийца, который был одет в дорогую одежду с золотой вышивкой.

— Ты хорошо выглядишь. Боже мой, твоя одежда, должно быть, стоит целое состояние. Или золота в империи действительно так много, что оно есть у каждого и его нашивают на одежду?

— Нет, на моей родине это одеяние также очень дорого стоит, — ответил Сарган и скромно опустил глаза. — Но оно не совсем принадлежит мне, а скорее императору. Это знак моего статуса посланника.

— Ты? Посланник?

На этот раз уже Стен не смог удержаться от громкого смеха, от которого на лице Саргана появилось кислое выражение.

— Прости, — извинился Стен, но снова с усмешкой покачал головой. — Расскажи мне, как так получилось.

Он внимательно слушал рассказ дирийца. К жителям Влахкиса довольно редко приходили новости с той стороны Соркат, из Дирийской империи. Богатство, сила и высокомерие империи стали легендарными, а ее изобретения и предметы искусства — объектом всеобщего восхищения. Начиная с их первой встречи Стен все время расспрашивал Саргана о его родине, даже если тогда из-за борьбы с Цорпадом у него было много других дел. И маленький дириец слишком охотно рассказывал об империи и погружался в приятные воспоминания о больших городах с золотыми куполами. Между тем Стен знал, что эти речи, как и некоторые другие, были порождены холодным расчетом бывшего шпиона. Однако влахаки были очень обязаны дирийцу за его роль в борьбе против Цорпада и прежде всего в последней отчаянной битве. «Без его смелого вмешательства моя атака, скорее всего, потерпела бы крах и Цорпад уничтожил бы и нас, и троллей».

— Так меня против моего же желания повысили до чина посланника.