— Отойди, Кровавый Коготь, — без всяких предисловий приказал Цест.

В первый момент казалось, что Руджвельд не намерен подчиняться Ультрамарину, но Цест был капитаном, хоть и чужого Легиона, а это звание внушало уважение. Кровавый Коготь в знак покорности отвел взгляд и освободил проход.

Цест шагнул к двери и ударил по кнопке замка. Простая металлическая створка, выпустив пару струек пара, скользнула в сторону.

Открывшуюся каюту слабо освещали включенные вполнакала люмосферы. В центре виднелась массивная фигура, еще две, поменьше, стояли по обеим сторонам. Двое слуг Легиона помогали Бриннгару освободиться от доспехов. Они избегали прямых взглядов и работали молча. Боец Волчьей Гвардии остался обнаженным до пояса, лишь в простых серых солдатских брюках. Весь торс воина покрывали старые боевые шрамы и более свежие рубцы, рисующие картину множества боев и боли.

Не прикрытые броней мощные мышцы и длинная грива спутанных волос напомнили Цесту воинов-варваров древней Терры, виденных им на старинных фресках в каком-то хранилище антиквариата.

Волк раздраженно обернулся, чтобы посмотреть на помеху, и на мгновение стал виден силуэт еще одного Астартес, прикованного к металлической раме, но фигура Бриннгара тотчас заслонила его.

— Цест, что тебе здесь нужно? Разве не видишь, что я занят?

Бриннгар так сжал кулаки, что суставы побелели.

Покидая док вслед за Космическим Волком и его братьями, Цест был намерен вмешаться, поскольку сама идея пыток легионера Астартес казалась ему недопустимой. Теперь же, стоя на пороге камеры, он сознавал, насколько отчаянным было их положение и что стремление к победе требует компромиссов.

Он решил не загадывать, как далеко может зайти компромисс и к чему это приведет. Будь что будет. Они участвуют в войне, и Несущие Слово стали врагами, как и любые другие противники. Они не колебались, уничтожая «Убывающую луну», и не задумывались о последствиях, развязывая бойню на Бакка Триумвероне — 14.

— Я хочу поговорить с тобой, Бриннгар, — сказал капитан Ультрамаринов. — Сразу, как только ты здесь закончишь. Я хочу во всех подробностях знать, что произошло на Бакке.

— Ладно, парень.

Космический Волк кивнул, и в его лице мелькнула тень прежней дружбы.

Цест снова мельком увидел неподвижное тело, и Бриннгар вернулся к своей «работе».

— Не выходи за пределы необходимости, — предостерег его Ультрамарин. — И поторопись. Я оставлю здесь Лаэрада… На случай, если тебе понадобится помощь.

Стоявший рядом с Цестом апотекарий смущенно поежился. То ли его не привлекала перспектива принять участие в пытках, то ли он чувствовал себя неуверенно, оставаясь с глазу на глаз с Космическим Волком, капитан не стал гадать.

Он уже собрался выйти, как вдруг Бриннгар обернулся через плечо.

— Я его расколю, — сказал он, хищно блеснув единственным глазом.

— Мы оставались позади Бакка Триумверона — четырнадцать, чтобы укрыться от торпед «Яростной бездны». В данный момент корабль направляется к точке варп-прыжка.

Каминска, как всегда, была на капитанском мостике. Там же присутствовал Сафракс, тоже, как всегда, прямой и сосредоточенный. Там и застал их Цест, после того как оставил Лаэрада с Бриннгаром в камере гауптвахты. Из коротких донесений, полученных адмиралом от пилота десантного катера, он узнал некоторые подробности о действиях на Бакке. Два других судна погибли во время старта «Яростной бездны», захваченные огненным вихрем ее двигателей, который превратил большую часть доков в пустыню, усеянную обломками обгоревшего металла.