Разговор вновь прервался, но на этот раз Гэлдор не стал меня торопить. И, пользуясь этим, я в который уже раз прокрутил в голове всю информацию о сканках, но в сущности так ничего и не обнаружил. Действительно, они просто уничтожали – не от злобы, а так, по необходимости, – демонстрируя коварство, вполне подходящее под доктрину Гроссмейстера…

Но все же я не спешил закрыть тему.

– Ну хорошо, если они такие могущественные и такие… гм… взрослые, то зачем же вся эта мышиная возня? Прихлопнули бы всех разом давным‑давно и…

– И?..

Я заткнулся, и он рассмеялся.

– Бросьте, вы же прекрасно знаете ответ. Сами говорили принцессе – они так развлекаются. Хотя, – продолжил он серьезно, – возможно, тут есть что‑то еще. Может быть, например, они из этических соображений не хотят убивать или уничтожать, как сказал бы Гроссмейстер, никого своими руками. И делают это лишь в крайних случаях…

– Но мы‑то не крайний случай, – машинально отметил я и неожиданно задумался над собственными словами. – А вот это, кстати, важный момент. Какой интерес мы представляем для сканков сейчас? У нас нет цивилизации, ни опасной для них, ни вообще. Почему же они не оставили нас в покое после катастрофы Человечества?

– Да, это хороший аргумент. – Мне послышалось, что в голосе Принца проскользнула нотка печали,

Я подождал, пока он попытается мой аргумент опровергнуть, но этого не случилось.

– Принц, что‑то я не возьму в толк. Вы вроде хотели доказать, что теория Гроссмейстера верна? Или нет? Или вы согласны, что сканками движут иные мотивы?

Он промолчал, но я почувствовал невысказанный ответ.

– И то и другое?

– Да.

– И вы знаете, что это «другое»? – Я впился глазами в его благородное лицо, словно пытаясь определить ответ по нему.

Однако в этом не было необходимости, потому как после маленькой паузы Принц не стал отпираться.

– Да. Знаю. Точнее, думаю, что знаю.

Он умолк. Конечно, я мог бы спросить его прямо, но тогда ему пришлось бы столь же прямо не отвечать, а мне не хотелось ставить его в неудобное положение…

Так что я просто немного поразглядывал скалы, наслаждаясь теплом созданного мной солнца. Здесь я сделал все, что мог. Пора было уходить…

Я взглянул еще раз в его лицо и развел руками:

– Мне пора!

– Да, конечно. – После секундного колебания он добавил: – Это наша последняя встреча, Рагнар!

– А почему вы так думаете?

– А вот это я не думаю. – Гэлдор закрыл глаза. – Это я знаю.

– Тогда прощайте!

– Прощайте!

Глава 2

Кофе был хорош. Сигара еще лучше. Настроение отвратительное. Примерно в такой обстановке я завершал свой рассказ Оракулу о событиях последних дней. И закончил я его чертовым письмецом Гроссмейстера – последовавшую затем беседу с Принцем Гэлдором я все же решил не афишировать. Даже не потому, что ее малопонятная концовка не располагала к откровенности с единственным сородичем Принца. Просто об этом не хотелось говорить… Но Оракул сам коснулся этой темы.

– А что думает Гэлдор?

– По поводу, – уточнил я, надеясь избежать при удаче самых неприятных вопросов.

– По поводу теории Гроссмейстера, конечно.

– Он считает, что теория верна, – весьма нейтрально ответил я, и Оракул не преминул обратить на это внимание.