Но ничто не привлекло внимания ярла, когда он ворвался в зал. Одна фигура доминировала здесь, и рядом с ней даже громадные воины в терминаторской броне меркли и казались ее уменьшенными копиями. В центре холла прямо под Печатью Русса возвышалась сама легенда.

Увидев Бьорна, Грейлок почувствовал, как подпрыгнуло к горлу сердце.

Не думая ни о чести, ни о своем звании, он упал на колени.

— Лорд, ты отозвался на зов, — произнес он, и в уставшем голосе искрилась подлинная радость.

Дредноут опустил коготь и неспешно призвал ярла подняться.

— Ты ярл Грейлок?

— Да, — ответил волчий лорд, вставая на ноги.

— И ты планируешь укрепиться здесь?

Пока Бьорн говорил, первые звуки преследования стали доноситься из туннеля. Вдали грохотали тысячи ног, раздавались боевые кличи солдат, жаждавших резни, в которой Волки отказали им, отступив.

— Нет.

Бьорн ничего не сказал, лишь чуть склонился почти в человеческом жесте, выражая вопрос. Грейлок улыбнулся и кивнул Клинку Вирма.

— Тар, давай, — велел он.

Волчий жрец нажал на контрольную руну детонатора.

Мгновенно прогремели взрывы. Крупные огненные цветы распустились по всем километровым туннелям, дробя камни и вырывая пещеры. Резкий гром взрыва быстро сменился оглушительным, грохочущим ревом обрушения каменных сводов, которые погребли под собой всех врагов, что успели проникнуть внутрь.

Волна пыли долетела до Зала Печати, неся на крыльях последние вопли раздавленных заживо людей. Снаружи Клыка из обрушенных Врат Кровавого Огня и Восхода заклубились громадные столбы черного дыма. Камни, лежавшие ранее вокруг центральных Врат, теперь свободной лавиной скатились по склонам, давя солдат, готовившихся последовать внутрь за своими собратьями.

Склоны горы вздрогнули, глубоко внутри раздались последние, скрежещущие взрывы. А затем в ночное небо поднялись облака пыли, и их трепал умирающий ветер.

Клык теперь был запечатан.

Бьорн посмотрел вниз, на Грейлока. Волчий лорд посмотрел на Бьорна.

— Неплохо придумано, — прогудел дредноут.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Гангава Прим, темный мир, далекий от гигантской красной звезды. Солнечная полоса медленно ползла по планете, когда та поворачивалась неосвещенной, ночной стороной. По всей затененной половине планеты вспыхивали искусственные огоньки, но в основном они концентрировались в яркое скопление высоко на северной широте. Город источал серные облака. Громадный, расползшийся спрутом город.

Стоя на мостике «Руссвангума», Железный Шлем смотрел на огни, мигавшие далеко внизу. Обитатели этих мест знали о прибытии Волков. У них были детекторы, сенсорные лучи, активированные пустотные щиты. Весь флот ордена, за исключением нескольких сторожевых кораблей, оставшихся на Фенрисе, расположился здесь на орбите. Сконцентрированная огневая мощь была невообразимой, столь же огромной, как и армия, собранная в ходе Великого Очищения. У Гангавы не было орбитальной защиты, но она бы в любом случае тут не помогла. Стройные ударные крейсеры и изогнутые эсминцы безнаказанно скользили в пустоте, готовясь обрушить Хель на мир внизу.

Великого Волка обуревала целая гамма чувств, когда он смотрел на город, который собирался уничтожить. В варпе он плохо спал. Магнус часто приходил к нему во снах, подстрекал его, насмехался над тем, что Железный Шлем десятилетиями не может поймать его. Великий Волк не видел лица примарха, как не видел его на протяжении многих лет прежних погонь.