Но теперь было не время думать о чужой неблагодарности. Добравшись до противоположного берега, Огнезвезд нырнул в гущу камышей и быстро повел носом, проверяя, нет ли где поблизости вражеских воинов. К счастью, в воздухе пахло лишь недавно прошедшим патрулем, да и этот запах таял с каждым мгновением.

Осторожно переступая лапами, Огнезвезд побрел вверх по течению в сторону лагеря Речных котов. Крутобок и Горелый тихо, как тени, двинулись вслед за ним.

– Фу, мерзость какая! Чем это так воняет?! – внезапно взвыл Горелый, разом позабыв про осторожность. Огнезвезд принюхался и судорожно сглотнул желчь, подступившую к самому горлу.

– Не знаю! – выдавил он. – Я сказал бы, что это лисья нора, да только лисой тут и не пахнет!

– Но смердит просто кошмарно! – подтвердил Крутобок и тут же добавил: – Пошли скорее, Огнезвезд, если не хочешь, чтобы нас сцапали.

– Нет, – решительно сказал Огнезвезд. – Я знаю, как ты беспокоишься о своих детях, Крутобок, но тут кроется что-то странное. Нужно все разведать! В нескольких кошачьих хвостах от того места, где они остановились, лениво журчал маленький ручеек, впадавший в реку. Огнезвезд решил пройти вдоль него, прячась в камышах. С каждым шагом запах становился все сильнее, но вскоре в жутком смраде гниющей падали стали различаться кошачьи запахи – смесь Речного племени и племени Теней, как и у давешнего патруля. Огнезвезд замер и взмахнул хвостом, приказывая друзьям остановиться. Откуда-то, совсем рядом, послышался шум – шорох камыша и приглушенный рокот кошачьих голосов.

– Это еще что такое? – насторожил серые уши Крутобок. – Чего они тут разгалделись? Мы же еще далеко от лагеря!

Огнезвезд раздраженно махнул кончиком хвоста, приказывая ему замолчать. Жуткое зловоние могло сослужить им хорошую службу, ведь в таком смраде ни один патрульный не учует запаха Грозовых котов!

Еще с большей осторожностью, чем прежде, Огнезвезд начал пробираться вперед. Наконец, камыши начали редеть, и глазам его открылась какая-то поляна. Огнезвезд распластался животом на сырой земле и подполз ближе, чтобы хорошенько разглядеть, что там творится. В следующий миг он с силой стиснул зубы, чтобы не завыть от ужаса и гнева. Маленький ручеек огибал край поляны, но вода в нем почти остановилась, поскольку весь поток был запружен остатками полуразложившейся дичи. Множество котов, словно не замечая этого, преспокойно валялись на берегу ручья, лениво терзая свою добычу. Зрелище было отвратительное, но не оно вызвало такой ужас у Огнезвезда.

Прямо напротив того места, где он лежал, возвышалась груда костей. В угасающем свете дня кости сверкали, словно голые ветки деревьев – тут были и крошечные косточки, не больше кошачьего зуба, и огромные, размером с лисью или барсучью лапу.

Ледяной ужас пробежал по телу Огнезвезда. На какой-то миг ему показалось, будто он снова очутился в кошмарном сне, привидевшемся ему возле Лунного Камня. Он вспомнил кровь, сочившуюся из груды костей, и едва удержался, чтобы не броситься наутек. Это было страшнее сна, поскольку происходило наяву. Но самое жуткое было впереди. На вершине кучи возлежал Звездоцап, и его темная шерсть казалась черной на фоне отбеленных солнцем останков.