— Мне не терпится сказать Хани, как я горд, пойду за кулисы, — обратился он к Сэм и Норе. — Вы подождете нас здесь, или?..

— О, нет, — ответила Сэм. Мы тоже не можем дождаться, чтобы сказать Хани, как мы гордимся ею, правда, Нора? Посмотрите, к нам идут Грег и Бейб. Я предполагаю, что они тоже хотят поздравить Хани прежде, чем отправятся домой к мамочке и папочке Трейси.

Тедди убедился, что его предположение оказалось верным. Это была прямо сцена из кино: Конти, престижный режиссер, стоял в стороне, взирая на происходящее несколько свысока, в то время как Бьюмон с видом собственника обнимал одной рукой протеже — раскрасневшуюся, сияющую Хани. Она была в своем девичестве, одетая в костюм Джульетты, с массой волос, золотым ореолом обрамляющим разрумяневшее лицо, с завораживающими топазовыми глазами, от которых не отрывал восхищенного взгляда в равной степени ослепительный принц Джошуа.

Хани приветствовала отца и друзей и возбужденно представила каждого каждому. И Тедди не мог не восхититься, как обвораживающе повел себя при этой церемонии Принс.

— Ах эта легендарная Нора Грант! — сказал Принс, и хотя в действительности не поцеловал ее руку, но у всех создалось впечатление, что он это сделал. Потом он выразил ей свои соболезнования в связи с недавней кончиной ее не менее легендарного мужа. Затем он провозгласил, что считает честью познакомиться со счастливым человеком, который владеет такими сокровищами — этой замечательной Хани, а также премиями пулитцера и «Эмми». Это показало Тедди, что Джошуа Принс — человек умеющий хорошо готовиться к тому, что предстоит. Без сомнения, он знал, что мать Хани была знаменитой французской секс-бомбой — такая информация не повредит рекламной кампании потенциальной сексуальной богине американского телевизионного экрана. Затем Принс вежливо заметил существование Грега Райана, а когда подошел к Сэм и Бейб, то захохотал от удовольствия:

— Красота в этой комнате просто ослепляет!

И Тедди убедился, что Сэм блистательная пророчица, когда Принс сказал:

— И вот это самое изумительное — я работаю сейчас над новой серией «Три разбитные девчонки» и прямо сейчас могу пригласить на роли трех очаровательных молодых женщин и обещать им великолепную карьеру в кино. Разве не так, Вик?

Но Вик Конти уже ничего не слышал, захваченный Сэм. Они глубоко погрузились в дискуссию о художественном превосходстве европейских фильмов над американскими. Но Бейб все слышала и тоскливо сказала:

— Меня вы можете соблазнить этими словами о грандиозной кинокарьере, но я сомневаюсь, что вы сможете уговорить мою мать.

Тут Грег внезапно подтолкнул ее:

— Раз уж зашел разговор о твоей матери, Бабетта, нам лучше двигаться. Твои родители ждут нас.

Когда Бейб с Грегом ушли, Тедди предложил Хани поторопиться с переодеванием, чтобы не опоздать в ресторан. Хани с энтузиазмом воскликнула:

— Папа, ты не можешь позвонить туда и сказать, что нас будет больше? Я просила мистера Принса, мистера Конти и профессора Бьюмона присоединиться к нам, и они дали согласие.

Джошуа Принс попросил Хани называть его просто Джошуа раньше, чем Тедди успел сказать, что уже слишком поздно вносить изменения в заказ. Но Нора остановила его:.

— Я позабочусь об этом, Тедди. У меня всегда получается с метрдотелями.

Некоторая суматоха возникла в связи с тем, как доехать до «Сцены» — нового и самого модного заведения в Западном Голливуде, которое Тедди выбрал, думая, что девочкам там понравится. Поскольку Вик Конти приехал вместе с Джошуа, который пригласил в свой двухместный «ламборджини» Хани и та приняла это предложение с восторгом, то он остался без места.