– Болшой беда! Нехороший беда, господин…

Стимсона охватило нетерпение:

– Да что же произошло? Расскажи толком! Легко было хозяину приказать «расскажи толком!», но как трудно было это выполнить бедному Ибрагиму! Его английский язык был очень скуден и коряв. Потребовалось больше часа, прежде чем из скупых слов, жестов и гримас Ибрагима Стимсон, наконец, смог хотя бы примерно представить себе, что заставило Ибрагима явиться в Каир. Вот что рассказал ему старший рабочий на раскопках.

В ночь на 23 ноября Ибрагим вышел по нужде из своего домика. Ярко светила луна, и все было хорошо видно. Вдруг он услышал человеческие голоса. Притаившись за одним из камней, Ибрагим стал наблюдать, что происходит. У входа в могилу третьей жены фараона он увидел четыре автомобиля. Из них вышло человек десять. Людей этих Ибрагим никогда раньше не видел, но одного из них легко узнал: то был Абдулла, тот самый Абдулла, который раньше работал на раскопках, но с полгода назад стал сильно пьянствовать, поссорился с Ибрагимом и был уволен, после чего спутался с какими-то воровскими шайками.

Абдулла и в этот раз был очень навеселе, громко кричал, ссорился со своими товарищами и все время повторял: «Что бы вы стали делать без меня?»

Потом приезжие вытащили из машин три тела, связанные по рукам и ногам, и понесли их в могилу третьей жены фараона.

Абдулла шел впереди и показывал дорогу. Два человека остались сторожить автомобили, остальные скрылись в могиле. Час спустя они вновь вышли из могилы, но тел с ними не было. Теперь Абдулла стал еще шумнее. Он кричал, хохотал, хлопал по плечу вожака банды и требовал особой награды. Ибрагим расслышал, как Абдулла два раза крикнул: «Ни на земле, ни над землей, ни на воде, ни под водой, и ни одной капли крови! Ха-ха-ха!.. Что бы вы сделали без меня?»

Вожак сердился и в конце концов ударил Абдуллу по лицу. Потом все вскочили в автомобили и умчались. Тогда Ибрагим решил, что произошло какое-то несчастье, и тут же, ночью, ушел из дому в Каир, чтобы известить господина о случившемся. Денег у него не было, пришлось идти пешком. Он шел почти без остановки, вконец измучился и вот прибыл все-таки в Каир…

Выслушав Ибрагима, Стимсон позвал горничную и приказал:

– Накормите этого человека и уложите его спать. Но никуда не выпускайте. Он мне скоро понадобится.

Затем майор Стимсон отправился к начальнику штаба. В ответ на просьбу о немедленном приеме секретарь начальника, замахав руками, воскликнул:

– Это совершенно невозможно! У начальника сейчас конференция с шефами полицейских властей из-за этой несчастной истории с тремя русскими… Сбились с ног – и никаких результатов!.. Вам придется заехать часа через два.

– Я хочу видеть начальника штаба, – сказал Стимсон, – как раз в связи с исчезновением трех русских.

– О, это совсем другое дело! Я сейчас же доложу.

Минуту спустя Стимсон, поздоровавшись с начальником штаба, внушительно произнес:

– Я, кажется, нашел ключ к загадке, которая вас мучит…

Потапов медленно, с трудом открыл глаза. Веки были точно свинцовые. Кругом, царила тьма – густая, глубокая. Нигде ни малейшего луча или проблеска света. Он прислушался. Ни звука! Везде мертвая, ничем не нарушаемая тишина.

Голова разрывалась от боли. Казалось, кто-то неумолимый бил в мозгу молотком.

«Где я?» – подумал Потапов.

Он попробовал шевельнуться и вдруг ощутил острую боль во всем теле. Руки и ноги его были связаны. Тонкая веревка опутывала все тело, врезаясь в кожу, в мышцы.

В голове Потапова вдруг, точно молния, мелькнуло: лунная ночь… пирамида Хеопса… Степан и Таня… Потом внезапный удар сзади… Какой-то ковер, накинутый сверху… Странный острый запах… И тьма, беспросветная тьма…

Потапов терялся в догадках.