– Оскар! Как я рад, что ты выкарабкался! – Стив был на седьмом небе от счастья – его друг жив, жив после той страшной бойни, и скоро встанет на ноги! Он все порывался дотронуться до товарища, как будто все еще не верил, что тот действительно живой. – Как мне тяжело было без тебя!

– А я? – тихо заговорил Оскар. – Я тоже чуть с ума не сошел, когда тебя потерял! Представляешь, прихожу в себя... Да, ты же не знаешь! Это же ты мне жизнь спас!

– Оскар, ты что-то путаешь! – удивился Сазерленд. – Меня вырубили парализатором, когда я нес тебя, а потом я уже не мог тебе помочь. Ну а до этого я...

– А кто мне хитрый приборчик к спине пристроил? Ты!

– Я, – признал Стив. Это он помнил.

– Вот он меня и спас!

– Это как? – Сазерленд был в недоумении. – Он что, волшебный?

– Не знаю, как для кого, а для меня точно волшебный, – весело сказал Оскар. – Ты представляешь, он, как только сердце останавливалось, впрыскивал в меня какой-то стимулятор и давал электрический импульс. Сердце опять работать начинало! Вот так я и выбрался. Чуток отлежался, а тут начали спасатели раненых искать. Я попросил у одного из них коммуникатор и позвонил Клаудии, ведь не знаю больше никого, кому бы ты так доверял. Как только пришел в себя, хотел тебя найти. Вызываю, а ты какой-то странный, прилизанный... Послал меня... подальше и связь отключил! Я даже не поверил, что это ты.

– А это был и не я! Я даже не знал, что ты выжил! – признался Сазерленд. – Мне этой ночью Дэвид сказал.

– Стив, ты верен себе, сам обо мне и не вспомнишь. – Появление Клаудии прервало их разговор. – Я думала, ты раньше догадаешься ко мне заглянуть. Хорошо еще, что твой богатырь мне скучать не дает. Только о тебе и беспокоится, переживает все, что не может быть с тобой рядом и подстраховать. Требует выпустить из камеры.

– Клаудия, но я правда уже в порядке! – По тому, как закатила глаза и устало улыбнулась Бриаторе и как недовольно смотрел Оскар, видно было, что эта тема поднимается уже не в первый раз.

– Даже и не просись! – категорическим тоном, но без всяких эмоций, как бы уже по привычке, сказала Бриаторе. – Я не хочу, чтобы у тебя что-то не так приросло! Мои девочки мне не простят!

– Клаудия!

– Нет, и не проси! Еще два дня в камере! А потом, – Клаудия улыбнулась своей очаровательной белозубой улыбкой, – потом хоть в новый бой! Если пройдешь проверку у русалок!

И красавица повернулась к Сазерленду.

– Стив, я оставлю вас наедине, – сказала она. – Может, ты потом найдешь время и заглянешь ко мне? Не дожидаясь ответа, Клаудия вышла.

– Стив, ты представь себе – еще два дня! Нет, я не выдержу!

Лицо Оскара выражало такую неподдельную муку от вынужденной неподвижности, что Сазерленд не выдержал и рассмеялся.

– Ага, смешно ему! Лучше помог бы! – пробубнил гигант. – Ну что, Стив, может, все-таки ты меня выпустишь?

– Даже и не думай! Ты мне здоровый нужен! – А про себя Стив подумал, что двое суток без сна он выдержит. Если что, стимуляторы помогут.

– Стив, а как Крис? – вдруг спросил Оскар. – Что-то я его не вижу! Или он мне не рад?

У Сазерленда отвисла челюсть. Он смотрел на Оскара и не мог вымолвить ни слова.

– Ну чего молчишь? – не унимался Кос.

– Ты знал? – только и сумел выдавить из себя роллерболист.