|
Кирилл Александрович и Евгений поужинали кулебякой. Еще за стол с ними сели домработница Агафья и ее сын Никита. Театралки вернулись поздно в самом прекрасном настроении. После спектакля они еще заглянули в кафе, выпили чаю с пирожными. Представьте себе их ужас, когда, войдя в квартиру Поповых, они обнаружили в столовой мертвых Евгения, Агафью и Никиту и едва живого Кирилла Александровича. Эсфирь едва не потеряла сознание, она не понимала, что делать. Варвара, рыдая, вызвала скорую, врачи увезли Кирилла в больницу. Потом приехала полиция. Причина кончины трех человек выявилась после вскрытия. Эсфирь купила рыбу для кулебяки на рынке. Ей предложили, кроме обычных лосося и палтуса, экзотический вариант – барракуду! Продавец заверил ее, что редкая рыбка не ядовита, готовится обычным образом. Супруга Попова, большая любительница кулинарных экспериментов, обрадовалась. Да только торговец не знал, что барракуда – хищница, и она с удовольствием ест рыбу фугу. А та очень опасна, готовят японский деликатес только специально обученные повара. Понимаете, что случилось? Барракуда, которую приобрела женщина, закусила фугу и сама стала отравой, но кто ж об этом знал? Продавец не виноват, Эсфирь ни при чем. Женщина потеряла сына, муж выжил, но превратился в малолетнего ребенка. Погибли помощница по хозяйству, которую считали членом семьи, и ее сын.
– Ужас! – прошептала Марина. – После выхода из клиники Кирилла поместили в дом-санаторий, где, к счастью, нашлась свободная квартира, – продолжила я. – Попов в стабильном состоянии, ему не становится лучше, но и не становится хуже. Пару раз в год устраивают фотосессию, литератора сажают за письменный стол, выводят на прогулку, делают снимки, их потом размещают в соцсетях, используют для рекламы новых книг фантаста. – Он способен работать? – удивился Семен. – Сейчас в год стабильно выходят по четыре романа Попова, – улыбнулась я. – Новинки пользуются успехом. Издатель придумал легенду, что Кирилл живет высоко в горах, поэтому никогда не появляется на публике. – Не понял, – остановил меня Собачкин. – Ты только что сказала, что бедняга по уровню развития – детсадовец. Каким образом он ухитряется создавать популярные фантастические произведения? – Старый, как мир, трюк, – рассмеялась Марина. – Тебе подсказать или сам догадаешься? Семен свел брови в одну линию и начал размышлять вслух: – По фото не понять, что человек ку-ку. Допустим, он сидит за столом, смотрит вдаль, вроде думу думает. Наверное, Кирилл – лицо проекта, а рукописи пишет бригада, которая подделывает их под стиль фантаста. Так? – Скорее всего, да, – подтвердила догадку Собачкина Марина. – У меня можно заказать торт на праздник. На сайте написано: «Кондитер работает лично». Но если начну сама прыгать у духовки, то как мне успеть со всеми клиентами справиться? Поэтому работают ребята, которых я сама выучила. И академик доверит операцию хирургу, которого вырастил. И у художника есть подмастерья. – За балерину никто не спляшет, – скептически заметил Сеня, – за акробата сальто не скрутить. – Поэтому они уходят на пенсию, когда им едва сорок исполняется, – не дрогнула Марина. – А кондитеры и художники и в сто лет работать могут.
Глава девятая
– Мы можем выяснить что-нибудь про ту историю с кулебякой? – поинтересовалась Марина. – Ну… – протянул Дракон, – мне в архив не влезть! И там точно не все оцифровано. – Кузя легко с таким заданием справляется, – заметила Марина. |
