— Пока не знаю…

— Если уже не веришь, так и скажи. Потому что дальше произошло еще очень много невероятных событий. Скажи мне кто раньше, что я в такое вляпаюсь, я бы лучше сразу застрелился.

— Продолжай.

— Я отсиживался у Люськи…

— ?!

— Просто подруга… Ну, не без интима, конечно. Она уже уехала… И вообще, это было до того, как я встретил тебя.

— Не отвлекайся от темы.

— Там меня и нашли. Сначала, я думал, менты. Уж лучше б менты, честное слово. В общем, есть одна фирма, я так понял они не ялтинские, которая собиралась, да и сейчас очень настойчиво собирается, выкупить «For you».

Владислава встрепенулась.

— Нет. К убийствам они явно не имеют никакого отношения. Они уверены, что убийца — я. Судя по всему, они собирались провести мирные переговоры… Может не совсем мирные, но дальше чем на шантаж они сами бы никогда не пошли. Их шеф, Александр Палыч, был несказанно удивлен и обрадован, что им так облегчили задачу. Кстати, интересное наблюдение: этот человек явно работает на кого-то. То есть главный заказчик всей этой эпопеи с овладением контрольным пакетом акций не он сам. Я как-то слышал обрывок телефонного разговора на эту тему. Как я полагаю, ребята следили за всеми четырьмя соучредителями, явно хотели набрать компромат. Вместо этого компромат получился на меня. Еще какой… Видеопленка с записью моего бегства из дома твоего отца. Никак не могу взять в толк, откуда они снимали? Я ведь осматривался, там вроде никого не было…Этот самый Александр Палыч предложил мне сделку. Или меня вместе с пленкой немедленно отдают в руки правосудия — сама понимаешь, чем мне это грозило бы — или я соглашаюсь поработать на них. За приличные деньги, между прочим.

— Что ты должен был сделать?

— Дождаться оглашения завещания и, в случае, если контрольный пакет акций переходит к тебе, попытаться убедить тебя продать им акции, а в случае отказа — убрать тебя. Я, как бы, обязан был проследить, чтобы контрольный пакет акций перешел из твоих рук к ним. Любыми путями…

— Но почему же ты не объяснил им, что никого не убивал?

— Во-первых, они бы мне не поверили. Уж слишком по их мнению все сходилось. У Раевского я точно был. На пленке записано даже то, как я вытираю отпечатки… А Журавель был убит точно таким же способом. По их мнению, это означает, что убийца один и тот же. Я на самом деле Журавля никогда в глаза не видел…

— Но откуда они могли знать, что наследница — я?

— Не знаю… Похоже, что просто с остальными возможными наследниками, они и без меня знали как договориться. А тебя считали тяжелым собеседником, вот и наняли меня. Я ведь по их мнению могу пойти на все…

Владислава внутренне похолодела. Безлюдная набережная. Бушующая морская стихия под ногами. «Девочка перепила и свалилась в море», — представила она заключение милицейских экспертов. Сергей взял и поднес к губам кончики пальцев Владиславы. На девушку навалилась предательская слабость. Она была не в силах противиться его рукам.

— Ты привел меня сюда, чтобы выполнить свою работу? — вяло спросила она.

— Я люблю тебя, — Сергей прижался горящей щекой к ее ледяной ладошке, — никто никогда не был мне так нужен, — их взгляды встретились, и Влада поняла, что не может не верить этому человеку, — извини, я должен рассказать все до конца, — Сергей отпустил ее руку, — У меня не было выбора, я взял деньги.