— Кто-нибудь!!! — Аня постаралась закричать как можно громче и почувствовала себя неловко. Всю жизнь девушка считала, что орать неприлично, и теперь, когда необходимо было это сделать, Ане приходилось бороться с собственными манерами. Вдруг из-за двери послышалось лязганье ключей. Аня съежилась.

— Будешь плохо себя вести — проживешь много меньше отведенного, — на пороге появилась уже известная и так ненавистная Ане физиономия. Девушка никогда не задумывалась о том, как надо вести себя с преступниками, поэтому оказалась несколько не готова к подобной ситуации. На всякий случай она резко отвернулась и замолчала.

— Сама виновата, не надо было лезть, куда не просили. Теперь вот погибнешь ни за что. Даже жаль тебя как-то.

Аня сжала кулаки. Эх, если бы ее руки не были связаны…

— Можешь кричать, пока не сорвешь связки. Здесь никто не появится. Уж год так точно.

— Где я нахожусь? — Аня все-таки решила заговорить.

— Очень, очень далеко от тех мест, где тебя будут искать. Умереть в столь загадочном месте… Романтика, не правда ли?

— Я умру?!

— Еще как, — Аню передернуло от ужаса, — Я не люблю уединенных мест. Более того, у меня много неотложных дел. Мой визит оправдывается лишь праздным интересом. Было любопытно узнать, придешь ли ты вообще в себя. Но теперь, когда известно, что вы находитесь в полном здравии, можно и покинуть вас, барышня. Смею заверить, что делаю я это с превеликим сожалением и только ввиду крайней необходимости.

Аня увидела закрывающуюся дверь и, совершенно не владея собой, неистово завопила:

— Нет!!! Не надо бросать меня здесь!!! Нам нужно поговорить, в конце-то концов!

Дверь опять отворилась.

— Господи, что ж ты так орешь, аж сердце кровью обливается. Ну, о чем нам с тобой разговаривать?

— О чем угодно, только не нужно сейчас уходить… Я могу рассказать что-нибудь интересное, — Аня несла первое, что пришло ей в голову. Девушка действительно была глубоко напугана происходящим.

— Ну что ж, — Аню поразило спокойствие этих интонаций, ей никогда не думалось, что кто-то с таким хладнокровием может оставлять человека на верную гибель. — Ладно, поговорим. У меня еще есть немного времени. Но говорить будем только на отвлеченные темы. Не надейся, ты умрешь, так и не разгадав тайну происходящего вокруг Владиславы.

— Хорошо, хорошо…Беседуем на общефилософские темы, — быстро согласилась Аня, — только не надо меня сейчас здесь бросать.

— Мне всегда было интересно побыть в роли исповедника. Предупреждаю, на все последние воли и желания у тебя есть не более получаса. Кроме того, можешь быть уверена заранее, что выполнять я их и не подумаю.

Аня лихорадочно пыталась высчитать, сколько прыжков ей придется сделать, чтобы оказаться возле приоткрытой двери комнаты. Один из замков двери — Аня сама удивилась, как успела заметить это — был автоматическим. Девушка рассчитывала усыпить бдительность врага, и, выскочив за дверь, захлопнуть ее снаружи.

На процедуре оглашения завещания, как и предполагала Владислава, присутствовала куча постороннего народа. Как и положено опоздав с началом мероприятия, нотариус потирал руки в предвкушении своих фото в вечерней газете. Деркач нервничал. И как же в такой толпе вычислить убийцу? Мысль о том, что тот может и не прийти сюда, Деркачу почему-то в голову не приходила. «Так», — следователь пристально вглядывался в лица присутствующих, — «Оба учредителя… Их мы уже проработали.