— А, вот ты почему — Боец… Да уж, хватка у тебя железная.

— Что есть, то есть, — сказал я и заговорил с напором: — Слушай, Юра! В тебе, конечно, есть потенциал, это же видно. Так какого хрена его тратить на пустые драки по кабакам?! Все это в самом деле ментовкой кончится, а там и уголовное дело замаячит как пить дать. Давай мы это направим в полезное русло, а? Дерись за деньги!.. Во как, даже что-то вроде девиза получилось. Но и правда, ты же можешь на этом деле зарабатывать, да получше твоих компрессоров… то есть, я ничего плохого не хочу про них сказать, но подумай, неужели ты ради них на свет родился? Зачем тебе талант в землю зарывать? Он же у тебя вот он, виден, как золотой самородок!..

И понесло меня, откуда дар речи взялся. Юра слушал внимательно, и я видел, что мои слова находят отклик в его душе. Правда, в такую счастливую возможность — загребать деньгу за счет того, что дано от природы — ему еще не совсем верилось:

— А что, так можно?..

— Нужно! Ты что, собрался без работы сидеть? Или каким-то грузчиком перебиваться?

Я нарочно обострил фразу.

— Да нет, конечно! — ответ прозвучал уверенно, с чем я себя и поздравил.

— Ну вот. Так что давай-ка, брат, завтра приходи на «Труд»… то есть, сегодня…

— Постой. Да ведь это завтра-сегодня… это же суббота, выходной?

— А, черт! — я хлопнул себя по лбу. — Точно. Ну, тогда в понедельник с утра. Тем даже лучше, придешь в себя.

— Да я и так нормальный…

— Это тебе так кажется. Токсинов в организме знаешь сколько за неделю набралось?.. Ну вот, выгонишь их. Значит так: спиртного ни грамма, ни бутылки пива, понял?

Он кивнул.

— Дальше: побольше пей. Не чай-кофе, их тоже можно, но умеренно. Но главное: чистую воду! Побольше прогони ее через себя, будешь ссать через каждые полчаса, ничего страшного. Сейчас поспи хорошо, а как проснешься — небольшая ОФП…

— Общефизическая подготовка?

— Точно. Молодец, знаешь! Легкие пробежки, от пола поотжимайся, на турнике подтянись… Без фанатизма, завтра поменьше, в воскресенье побольше. А в понедельник у входа на «Труд» встречаемся. И здравствуй, новая жизнь!

— Согласен!

По его тону я был совершенно уверен, что это не пустые слова, он обязательно придет. Увлекся.

На том мы дали по рукам и разошлись.

Для всех выходные, для меня — будни. С утра пораньше пришлось спешно составлять репертуар, примчался Руслан, долго подбирали детские фильмы для разной возрастной аудитории, поскольку будет, естественно, публика очень разная — от шести до четырнадцати лет… словом, задача непростая, но Руслан в своей жизни решил уже сотни таких задачек, и с этой мы справились. Два дня пролетели словно в вихре, и к вечеру воскресенья, честно говоря, я одурел, на последних сеансах дремал, спрятавшись за телевизором, чтобы меня не увидели зрители. Впрочем, все сошло благополучно.

Руслан прибыл за выручкой исправно, к концу последнего воскресного сеанса. С полчаса мы подбивали бабки, я попросил выручку выходных взять сейчас, против чего он не возразил. Рассчитались, он зевнул, спросил:

— Как все прошло, нормально? Инцидентов не было?

— Нет, все в порядке. А зачем спрашиваешь?

Он пожал плечами:

— Да так… Ну…

Я, конечно, ощутил его заминку, и он, конечно, это понял.