— Бэрд! — закричала она. — Бэрд, где водитель?

— Он ранен, — ответил Бэрд. — Я уложил его позади одной из цистерн.

— А напарник?

— Убит.

Грузовик теперь не имел значения. Во время сражения все рефлексы Берни были направлены на защиту людей, а не имущества, пусть даже очень ценного. Она должна всех вывести отсюда. Плевать на грузовик, они вернутся за ним позже, даже если придется собирать машину по частям, отбивая каждую деталь у вороватых бродяг, которые, несомненно, растащат все, что сумеют унести.

Коул присел под защитой дверцы, перезарядил автомат и снова открыл огонь. Берни решила, что надо выбираться, иначе будет поздно. Она высунулась в люк, собираясь спрыгнуть с крыши БТРа. Странно, но во время боя она совершенно не чувствовала боли. Поднявшись на ноги, она увидела, что Коул почти добрался до заднего борта платформы, но сбоку подходили еще черви, и Берни предстояло закрыть эту щель.

"Только не Коул. Вам не достать Коула, мерзавцы!"

Без риска, как всегда, не обошлось. Коул оказался на линии ее огня, но выбора у Берни не было. Как только черви продвинулись немного вперед и скрыли от нее Коула, она начала стрельбу и уложила одного, второго, пока не закончилась обойма. И тут третий червь повернулся к ней лицом. Она все еще заталкивала обойму в магазин, а червь уже прицелился. Берни взглянула на его маску, и время как будто замедлило бег…

Обойма встала на место. Матаки подняла «Лансер», и грудь червя взорвалась фонтаном крови, потом еще раз и еще. Трутень рухнул лицом вниз. Теперь на нее с другой стороны дороги смотрел Бэрд. Стоявших червей больше не осталось.

Берни выдохнула:

— Спасибо за поддержку, Блондинчик.

— Да я тебя и не видел, — ответил Бэрд. — Мне просто нравится укладывать червей.

Он поднялся с коленей и обошел вокруг машины. Коул внимательно осматривал свою левую руку, но в остальном уже вернулся в обычное благодушное состояние. Бэрд хмыкнул и вернулся к червям, выискивая живых. Перед одним он остановился, чтобы добить пилой.

Бэрд помахал рукой Берни, и она решила откликнуться на зов.

— Матаки, посмотри, как ты угадала, впервые действуя пилой. — Он присел на корточки, достал нож и вскрыл грудную клетку трутня с таким видом, словно вел анатомические занятия. — Ты рассекаешь его под углом через плечо. Лезвие впивается в плоть, затем проходит сквозь шейные мускулы, разрывает большие кровеносные сосуды, перепиливает ключицу и первое ребро, трахею, пищевод и аорту. Беспроигрышный вариант. Нет смысла бить со спины или в живот, если есть другая возможность, — слишком много мускулов, слишком медленно. Лучше в шею. Неплохо получается снизу. Тоже хорошо, но не так быстро.

Похоже, Бэрд разбирался в работе не только механизмов, но и живых существ. В другом мире он, возможно, был бы вполне сносным парнем.

Берни посмотрела вниз, на червя. А есть ли у них семьи? Планы? Мечты? И что они думают, когда видят людей? Откуда они появились? Ладно, это все не важно. Она не намерена переживать из-за червей. Она будет убивать их ради своего брата Мика, его детей, ради всех ее соотечественников…

Коул все еще изучал свою руку. Тоненькая струйка крови, извиваясь, текла по запястью.

— Черт побери, леди Бумер! — Он указал пальцем на свой бицепс и разразился хохотом. Пуля сорвала узкую полоску кожи и ушла дальше. — Тебе не хватило шкуры, чтобы отделать ботинки на кошачьем меху?

Наконец Берни поняла, в чем дело. Желудок ее мгновенно заледенел и подкатился к горлу.