Командир не отделял себя от других бойцов — и этим очень понравился Дому. Хоффман не мог бы вселять такую уверенность, если бы убеждал их в полном благополучии, или по-отечески наставлял, или без конца шутил. Его дурное настроение и язвительность объяснялись все тем же откровенным и честным страхом, как и у любого другого десантника. И все же Дом был уверен, что желание выдвинуться перевешивало для Хоффмана страх быть убитым. Такие люди постоянно должны доказывать что-то своим товарищам офицерам, а не подчиненным.

— Жене, — произнес Дом, — жене, а не подружке.

— И скоро появится второй ребенок, не так ли?

— Да, сэр.

— Надо скорее бы покончить с Асфо, чтобы ты смог успеть к его рождению. И найди себе еще какое-нибудь хобби, иначе не успеешь повзрослеть, как придется кормить целую команду.

Грузовой трап поднялся, «Ворон» вертикально взмыл в воздух и повернул в открытое море. Если не обращать внимания на отсыревшую одежду, все шло как во время обычных сухопутных операций. Только в иллюминаторах грузового отсека время от времени мелькали грозные серые волны неприветливого моря.

Но вскоре вертолет замедлил ход, остановился, и пинты подняли бурю брызг. И только когда грузовой трап медленно опустился, стал ясен безумный замысел пилота. Хвостовая часть «Ворона» находилась на уровне воды.

Нет, хвост был в воде.

Здравый смысл подсказывал Дому, что это плохая затея. Море ворвалось в грузовой отсек. Грохот воды по металлу напомнил Дому о необходимости носить затычки для ушей, иначе он рискует оглохнуть. Но ритмичный шум винтов не давал отвлечься от того факта, что «Ворон» спустился до этого дьявольского моря.

— Черт побери! — пробормотал себе под нос Хоффман.

— Хорошо, что это сказал не я, сэр…

Командир вертолета жестом приказал Бенджафилду запускать мотор «Марлина». Дом так и не понял: то ли пилот приподнял нос вертолета, чтобы столкнуть «Марлина», то ли в отсеке уже было достаточно воды, но два члена экипажа, взявшись за веревки, спихнули суденышко по трапу. Брызги соленой воды ослепили его, полна хлестнула по лицу, и на мгновение Дому показалось, что он сейчас утонет. Но Бенджафилд навалился на борт, и они стали медленно удаляться от вертолета.

— Ты был уверен, что они смогут это сделать? — крикнул он, с трудом перекрывая шум ветра.

— Теперь уверен, — ответил Дом. Бенджафилд paзвернул «Марлин» по широкой дуге, и теперь они с моря смотрели на вертолет. — Ух!.. Это чистейшее безумие.

Дом с трудом мог поверить своим глазам. "Вором, с опущенным в воду трапом, почти скрытый в вихре поднятых брызг, сидел прямо на воде. Но вот он стал подниматься над морем — и из грузового отсека хлынула вода, как будто машина описалась. Дом и сам был близок к этому.

Возвращение прошло гораздо спокойнее, чем высадка. «Ворон» забрал их на борт по одному, затем подцепил «Марлина» и потащил его в качестве наружного груза.

— Это вовсе не так страшно, как показывают в кино, — сказал Дом командиру вертолета.

— В следующий раз попробуй повторить этот трюк в шторм, когда посудина запляшет на воде.

Порой Дому казалось, что легче понять выходцев Песанга — они довольно плохо знали общепринятый язык, — чем моряков. Но он был уверен, что «пляска» на волнах не предвещала ничего хорошего.

— Если можно сталкивать «Марлин» с трапа прямо на воду, почему бы точно так же не поднять его обратно? — спросил Бенджафилд.