— Так это правда, — задыхался он.

— Я же говорила, — сухо сказал Ловетт. Она усмехнулась и с недоверием покачала головой. — Уверена, у них есть целая история, чтобы рассказать. Шестнадцать дней в эфире, это почти неделя у нас!

Но король не слушал и даже смотрел на четырех учеников, сидящих за большим столом перед ним. Он смотрел на мать Флетчера. Словно лунатик, она покачивалась в кресле, где сидела. Её лицо было в тени от мерцания пламени.

— Элис, — прохрипел он, стоя на коленях перед ней. — Это ты?

Он вопросительно взглянул на Флетчера и тот уверенно кивнул. Слезы появились в глазах короля, и он взял руку Элис в свои.

— Этого не может быть… Флетчер, ты…, — Арктур замолчал, пальцами дотронулся до длинного шрама, испортившего его лицо. Того самого шрама, что получил, пытаясь отомстить оркам, напавшим на Ралейг в ту роковую ночь.

Флетчер мог видеть явную радость Арктура, когда тот нашел своего старого друга, удивление сменилось широкой улыбкой, которую Флетчер когда-либо мог видеть на лице, искажённом шрамом.

Арктур положил руку на плечо короля, смотря в пустые глаза Элис. Когда они оба посмотрели на нее, Элис замерла на мгновение, и на ее губах появилась улыбка. Затем она исчезла, так быстро, что Флетчер даже не мог быть уверенным, что видел её.

— Элис, это я, — сказал Арктур, сжимая другую руку.

Но момент прошёл. Она смотрела немигающим взглядом на огонь.

— Неужели она… всегда такая, как сейчас? — спросил Гарольд, скупая слеза катилась по его лицу.

— Да, — ответил Флетчер. Больше нечего было сказать.

Глава 23

КРАТКОЕ ВРЕМЯ радости от возвращения Элис, хотя и с примесью грусти. Утро быстро приближалось, и команда Флетчера должна была уже давно уйти.

Их настойчивость еще больше усилилась, когда Ловетт напомнила, что студент способен отправить записку летающим демоном, и, скорее всего, у Форсайтов были шпионы даже среди простолюдинов в Вокане. В конце концов, они уже получили преданность двоих: Атласа и Джеффри. Впечатлительного первокурсника, ошеломленного предлагаемой дружбой богатой благородной семьи, можно было легко купить.

Ловетт уже рассказала королю и Арктуру о том, что произошло во время миссии. Поэтому Флетчер рассказал об их путешествие по эфиру, прерываемый другими, где он пропускал некоторые важные детали. Откровения о его беседе с Ханом, насчёт обращения орков с Элис, вызвали гнев всех и тираду яростных ругательств Ловетт.

К концу, горло Флетчера было сухим и хриплым, остальная часть стола задумалась над их затруднительным положением в тусклом свете очага. Сильва закончила рассказ кратким изложением содержания журнала Джеффри, и теперь она ходила вокруг стола, пока они переварили новую информацию.

Кресс первой нарушила мрачную тишину.

— Разве это очевидно? — спросила она, беря тонкую тетрадку из рук Арктура и держа её навесу. — Всё это. Доказательства. Доказательство того, что Джеффри был предателем, доказательство того, что он стоял за каждым взрывом, каждой смертью, черт возьми, за всем, что человечество возложило на гномов за последний год.

Тишина.

— Они узнают, что я не убивала Руфуса и что нападения наковальников не имели ничего общего с гномами, — продолжила она, размахивая журналом. — Этого достаточно, чтобы Захариа Форсайта и инквизитора Рука бросили в тюрьму.

Ничего. Она повернулась к Гарольд, раздражаясь.

— Что Вы собираетесь с этим делать? — спросила она, вынимая письмо из журнала и держа его перед лицом короля.