«Нет-нет, — говорил мужчина, — трибуны придется отнести еще метров на пятьдесят — как минимум. Судейские бригады мы загоним на вышки, а вон там поставим большой навес, куда минут за пять до старта должна будет уйти вся обслуга».

«Я не понимаю, — спрашивала женщина, — почему ты предлагаешь разнести в стороны стартовые точки для автомобилей? Какой в этом смысл?»

«Прямой. Смотри, они стартуют по двум дорожкам, которые постепенно сужаются и наконец сливаются в одну. Вот здесь, на спуске с горки, наши адские водители неминуемо сойдутся. У них нет другого выхода, место слишком узкое. Они сойдутся борт к борту — этого столкновения не избежать, таков рисунок гонки на выживание, здесь ключевой момент, когда каждый будет стараться спихнуть с трассы соперника».

«Что у нас получается с этим по времени?»

«Секунд пятьдесят с момента старта».

«Хорошо, — прикинула женщина. — За это время наши стрелки могут успеть сделать по два выстрела. Но если они промажут?»

«Не промажут, это же профессионалы».

«А водители? Они у нас едут на мотоциклах… Их мы как поджарим? Как шашлык?»

«Нет, шашлык мы приготовим из драчунов. А этим придумаем что-то более эффектное. Чего-то эффектного не хватает».

«Почему? По-моему, все и так очень горячо».

«Потому что пока события у нас развиваются на земле. А для полноты впечатлений требуется какой-нибудь впечатляющий полет… Смотри, вон там сразу после старта у мотоциклов хорошая разгонная прямая. Дальше крутой бугор и прыжок. Приземляются они на вогнутую площадку. И с этой впадины уже полетят прямо на небеса, я им планирую обеспечить хороший трамплин».

«Композиционно наш перформанс завершат амбалы?»

«Да. Начальный этап их поединка — это полоса препятствий. Костя, насколько я понимаю, придумал какую-то чудовищную конструкцию из лесенок, стенок, тоннелей, впрочем, до них наши портосы не доберутся. После короткой пробежки они должны будут преодолеть по лестничному навесу резервуар с горючей смесью. Навес подломится, когда они будут на середине. Я не большой специалист в инженерных тонкостях, но Костя утверждает, что в этот момент начнет заваливаться к центру площадки вся его металлическая махина. Она сложится, как карточный домик, и накроет ристалище чем-то вроде металлического каркаса для вигвама».

«Но металл не горит».

«Еще как горит, еще как… Это же полые трубы. Чем эти полости заполнить — это уже моя забота».

И так они бродили по поляне, выстраивая свои воздушные замки на песке, не замечая, как течет время, и в конце концов уселись в самом ее центре, неподалеку от догоравшего креста.

— А если случится заминка? Сбой по временному графику? Предположим, кто-то стартует раньше. Ковбои пальнут из своих пушек чуть позже… Машины застрянут на старте… Мало ли.

— Плохо, — нахмурился он. — Этого быть не должно. В таком случае это будет уже просто побоище, а не произведение искусства.

— Почему ты так уверен, что побоище состоится?

— Даже если получится секундный сбой… Вторая секунда будет им на размышление. А на третьей они поймут, что играют не понарошку, а всерьез.

— И что дальше?

— Дальше они достанут настоящие пушки и все равно перебьют друг друга.