— Нет. То есть я знала, что у твоих братьев есть дети, просто никогда не думала, что ты будешь...

 — Что? — вскинулся Джексон. — Любить свою семью?

 Она почувствовала себя маленькой и ничтожной. Ей даже в голову не приходило, что мужчина, которому интереснее всего летать по экзотическим местам, уделяет столько внимания своим крохотным племянницам.

 — Конечно, нет, — тихо сказала она, глядя, как Джексон укладывает спящую девочку в кроватку. — Просто я не думала, что такой мужчина, как вы, захочет иметь дело с грудными детьми.

 Он тихо рассмеялся.

 — Ты считаешь, я бабник?

 — Я знаю только то, что о вас прочла, — сказала Кейси и направилась к двери. Лучше поскорее оказаться у себя в комнате, чтобы не сделать какую-нибудь страшную глупость, например, протянув руку, погладить его рельефные мускулы.

 В коридоре Джексон схватил ее за руку. Это прикосновение пробудило в Кейси страстное желание, разлившееся по всему телу: так взрыв иной раз рушит одну стену вслед за другой. Его глаза были темными и бездонными, и когда он заговорил, она с трудом могла сосредоточиться.

 — И что же такое ты читала?

 — Думаю, ответ вам известен. Вы, можно сказать, красавчик с плаката, созданный для быстрых самолетов и еще более быстрых отношений с женщинами. Потому и нетрудно понять, что я, увидев вас с Миа, была слегка ошарашена.

 Джексон фыркнул:

 — У тебя ограниченные взгляды на жизнь, ты не находишь?

 — Нет, не нахожу.

 — Но это действительно так. Ты читаешь однобокие статьи обо мне, и к каким выводам приходишь? Что я — обыкновенный шебутной парень, которому интересно лишь то, что он может взять от жизни. Неужели ты считаешь, что таблоидам интересно публиковать материал о том, как я нянчусь со своими племянницами? Нет, им нужны сенсации, потому что такие люди, как ты, любят читать именно об этом.

 Кейси широко распахнула глаза.

 — Такие, как я?

 — Что, неприятно, когда о тебе судят? — съехидничал он. — Да, такие, как ты. Которые увидят статейку и думают, что знают меня. А я, Кейси, представляю собой гораздо большее, чем этот образ. Да и ты тоже больше, чем просто женщина, которая соблазнила меня только затем, чтобы получить образец ДНК.

 Джексон выскочил из постели, едва заслышав плач своего ребенка. Не заботясь о том, что по пути столкнется с Кейси, хотя это и должно было произойти.

 Инстинкт вел его к плачущей малышке. Все так же инстинктивно Джексон поднял девочку из кроватки и в тот же миг почувствовал, как маленькие ручки обняли его за шею. Любовь, доселе неведомая, внезапная, словно гром среди ясного неба, завладела всем его существом.

 И Джексон окончательно сдался. Малышка была такой хрупкой, такой беспомощной. У него не было иного выхода. Он — отец своей дочери, и каждый, кто попытается их разлучить, будет ему врагом. Даже если это будет ее собственная мать.

 Однако сейчас, глядя на Кейси, он прекрасно понимал, что не хочет вражды с ней. Ему хотелось только подхватить ее на руки, унести к себе, целиком погрузиться в нее. Его желание было жгучим и нестерпимым, оно вцепилось ему в горло, норовя задушить.

 Конечно, ему вскоре предстоит помолвка, но она еще не состоялась. Поскольку обещания не были даны, нарушить их невозможно.

 И тут у него в голове неожиданно созрел новый план. Он ведь уже говорил Кейси, что она его не интересует. Ложь, конечно, но сейчас она ему на руку; Однако теперь Кейси с Миа здесь, у него в доме, и это меняет дело. И Джексон решил, что вместо войны он начнет несколько иную борьбу. Борьбу-искушение.

 Прислонив ее к стене, Джексон заметил, что глаза у Кейси распахнулись еще шире.