— Хорошо! Жди меня здесь, Го! — Его ледяные голубые глаза взглянули на человека у двери. — Так магистра устроит?

Тот лишь кивнул и мягко отворил дверь.

— Он ждет вас.

Ночной гость прошел в большую полутемную гостиную, освещенную лишь тремя горящими свечами в тяжелом подсвечнике. Пляшущее пятно света вырисовывало невысокую фигуру в сером до пят халате, стоящую у стола. Гость не стал приближаться, и хозяин тоже не сделал ни шагу — они продолжили молча стоять и смотреть друг на друга. Наконец вошедший, словно сбросив груз прошлого, произнес в своей обычной чуть насмешливой манере:

— Не могу сказать, что рад тебя видеть, Эрторий, но тем не менее здравствуй!

Верховный магистр братства Астарты не принял подачу, его голос прозвучал сухо и строго:

— Здравствуй, Странник! Надеюсь, мы обойдемся без иронии и колкостей, а сможем хотя бы на время забыть старые обиды и поговорить если не как друзья, то хотя бы как союзники. С того дня, когда мы с тобой сидели на одной скамье школы Высшего разума, много воды утекло, но я верю, что мы сможем договориться.

Неслышными шагами гость пересек комнату и, войдя в круг света, посмотрел прямо в лицо стоящему напротив хозяину дома. Его голос по-прежнему был полон сарказма:

— Если ты имеешь в виду тот самый день, когда вы изгнали меня из школы, то договориться нам будет нелегко.

Эрторий Данациус раздраженно поморщился.

— Сейчас не время вспоминать старые обиды! Я сам уже давно не тот, прежний. Поклонники Огнерожденного научили меня, как, впрочем, и многих других, что нетерпимость и фанатичная вера в свою исключительность ведут в никуда. Пусть мы никогда уже не сможем вновь стать друзьями, но путь у нас один, и враг тоже один — мы просто обязаны идти вместе до самой победы или погибели! Я верю, победа возможна, только если мы договоримся и будем действовать сообща, но все, что могу пообещать тебе сейчас, — если мы все же добьемся успеха, если Астарта позволит нам победить, то, клянусь, ты сможешь двигаться своей дорогой, и я не буду тебе мешать. Захочешь открыть храм своему темному богу — открывай, набирай послушников, учеников. Обещаю, братство Астарты мешать не будет. Каждый из нас пойдет своей тропой, но только после победы, а сейчас мы должны быть едины, ибо это наш последний шанс свергнуть тиранию церкви Огнерожденного Митры.

Лицо Странника немного смягчилось, но глаза по-прежнему отдавали безжизненным холодом.

— Ты хорошо говоришь, Эрторий. Впрочем, говорить красиво и убедительно ты всегда умел. Но в этот раз я знаю — ты не врешь, хотя бы потому, что тебе незачем. Сейчас у нас действительно один враг, а что будет после победы — посмотрим. Я давно уже не верю людям на слово, но надеюсь, ты запомнишь свое сегодняшние обещание, а я постараюсь дожить хотя бы из любопытства, хотя бы ради того, чтобы узнать, насколько такие люди, как ты, умеют держать слово.

Он отодвинул стул и сел, закинув ногу на ногу.

— Итак, зачем ты здесь? Зачем самый разыскиваемый человек империи появился в логове Трибунала? Тебе уже не хватает наших ментальных встреч — захотелось увидеть старого «друга» лично? — Рот Странника скривился в злой усмешке. — Ради чего ты так рискуешь? Иногда мне кажется, в этом городе шпионов больше, чем жителей!

Вместо ответа магистр задержал вопросительный взгляд на его лице, и Странник, нехотя сменив насмешливый тон, кивнул:

— Да, я сделал как ты просил. Этот человек уже в столице, и надо сказать, он мне понравился! Два дня в городе, а уже успел взять власть над бандой восточных доков. Умело, расчетливо, ни одного лишнего движения — в твоем вкусе! Трибунал не успел сесть ему на хвост, я вовремя все подчистил, и ближайшие время он может спать спокойно — им будет не до того.