— Вы не производите впечатление слишком счастливого человека, — заметил Адриан и посмотрел на нее пронизывающим взглядом.

— Нет-нет, что вы, — поспешила она уверить их в обратном. — Просто… я ничего не слышала о брате уже два года. Это все так…

— Неожиданно? — спросила Мадлен. Она выглядела очень довольной тем, что они с Титом смогли это сделать.

— Необычайно! — сказала Сендрин.

Мадлен подбадривающе улыбнулась ей:

— Вы скоро привыкнете к этой новости. Он приглашает вас к себе, я права? Я думаю, это минимум того, что он может сделать для вас.

— Да. Он просит меня навестить его. Но ведь у меня здесь, в доме, много работы. Занятия девочек…

— Они могут подождать, — заметила Мадлен. — Сестры, естественно, будут только рады нескольким неделям каникул.

— Вы имеете в виду…

— Вы также имеете право на отпуск, дитя мое. Хотя иногда вторая половина дня бывала у вас свободной, все же за тот год, что вы провели с нами, у вас не было достаточно времени в личном распоряжении. — Она весело рассмеялась. — В Виндхуке о нас уже ходят сплетни, что мы держим рабов. Нет-нет, фрейлейн Мук, вы посетите своего брата, и так быстро, как только сможете.

— Но этот Берег Скелетов — я имею в виду место, где он живет, — это так далеко, наверное, до него не менее тысячи километров!

— Не совсем, — сухо проговорил Адриан. — Около восьмисот.

— Пройдут недели, пока я доберусь туда! — вырвалось у Сендрин.

Мадлен пожала плечами.

— Это будет утомительная поездка, в этом я уверена. Хорошо было бы, чтобы она того стоила.

У Сендрин все еще кружилась голова, и у нее не было уверенности, что ее замешательство скоро пройдет.

— Я не знаю, что сказать, — проговорила она. Ее голос звучал так, будто она забыла вдохнуть.

Улыбка Мадлен стала еще шире, как у матери, которая заарканила для своей дочери самого лучшего из всех возможных женихов.

— Сначала успокойтесь. Подумайте над всем этим. И начинайте складывать большой чемодан.

Сендрин механически кивала. Мысленно она уже находилась в пути. Затем она вспомнила о том, о чем давно уже хотела спросить:

— Почему вы делаете это для меня?

Мадлен ответила быстро, не раздумывая.

— Вы теперь член нашей семьи, дитя мое. Для своей дочери я сделала бы то же самое. Тит, вероятно, понял это несколько раньше, чем я, но я считаю, что нам с вами очень повезло.

— И вы действительно хотите, чтобы я поехала туда?

— Вы ведь этого хотите?

— Конечно! Да… Я думаю, да.

— Обдумайте все хорошенько, — посоветовала Мадлен. — И ничего не бойтесь. Вы преодолели путь из Бремена сюда, точно так же сможете преодолеть и гораздо меньшее расстояние до жилища вашего брата, ведь так?

Когда решение было принято, Сендрин стало ясно, что все размышления и колебания теперь бессмысленны. Она решилась бы принять приглашение Элиаса даже в том случае, если бы ей для этого нужно было двигаться напрямик через поля сражений с мятежниками гереро — пешком, без воды и еды, с толпой окровавленных туземцев за спиной. Она просто должна была снова увидеть своего брата.

Тем не менее теперь, когда ее брат наконец был в пределах досягаемости — и неважно, сколько сотен километров лежало между ними, — она не ощущала ничего, кроме беспокойства.