— Да, — тихо ответила Сендрин, — я так и думала.

— Он тебя очень любит.

— Как сестру.

На это Нанна ничего не ответила. Сендрин охотно узнала бы, что сейчас происходит в ее голове, но все же предпочла помолчать.

К ее удивлению, Нанна снова сменила тему. Она повернулась и спросила, протягивая руку в сторону пустыни, на восток:

— Ты видишь звезды?

Сендрин кивнула.

— Их пока немного. Остальные появятся, когда зайдет солнце.

— Ты должна попытаться послушать их. Ведь звезды учили первых людей языку земли, животных и растений.

— А почему мы его потом забыли?

— Не все забыли его, — поправила Нанна. — Все еще есть люди, которые могут его понимать. Но только в том случае, если они слушают.

Сендрин почувствовала легкое помутнение сознания. На какой-то миг она испугалась, что снова окажется во власти очередного видения. Но побережье вокруг нее оставалось прежним, и сидящая возле нее Нанна тоже не изменилась. Вдруг ей показалось, что бедро Нанны сильнее прижимается к ее бедру.

— Ты действительно веришь в то, что звезды могут разговаривать? — спросила Сендрин.

— До тех пор, пока их кто-то еще слушает. Одно зависит от другого. Когда последний человек разучится слушать, звезды также замолчат.

— Тогда их разговор — это одна из форм магии?

— Разве не говорится в вашей Библии, что слово Господне создало человека? — спросила Нанна. — Ты когда-нибудь задумывалась над этим?

Сендрин покачала головой.

— Нет.

— Как слово Господне может создать человека, если человек создал слово?

Сендрин на мгновенье задумалась, затем сказала:

— Это как у звезд, — ты ведь это имеешь в виду или я ошибаюсь? Одно зависит от другого. Замкнутый круг.

— Но, вероятно, все же есть конец, — заметила Нанна.

— Какой конец?

Нанна мечтательно подняла лицо, подставляя его свету тонущего солнца.

— Конец возникает с вопросом об отличии. Или, собственно говоря, не с вопросом, а с ответом на него.

— Честно говоря, Нанна, я не поняла ни слова.

— Вопрос звучит так: что отличает слово Бога от слова человека?

— А ответ?

— Ответ — это конец всему. Я рада тому, что не знаю его.

— Я думаю, я слишком устала, чтобы…

Нанна не дала ей закончить.

— Давай предположим, что ответ на вопрос — это конец круга, точно так же, как и само отличие тоже означает конец круга. Итак, что произойдет, если ответ звучит так: нет совершенно никакого отличия? Кончается ли тогда круг или нет?

Замешательство Сендрин возрастало с каждым словом. Она снова не была уверена, окружает ее действительность или это уже сон, мир по ту сторону мира. Уровень шаманов.

Но почему тогда Нанна до сих пор была с ней?

— Теперь предположим, что нет совершенно никакого отличия между словом Бога и словом человека, — неуклонно вела свое Нанна, очень спокойно, почти с интонацией заклинателя. — Это значило бы, что слово человека также является актом творения. Но что же создает человек своим словом? Что за вещи или существа возникают из его слова? И где они возникают?

Сендрин не знала, откуда у нее взялся ответ на эти слова, но, когда он сорвался у нее с губ, то прозвучал как нечто само собой разумеющееся.

— В пустыне, — ответила она, беззвучно шевеля губами.

Нанна лишь молча смотрела, на нее.

Через некоторое время она встала и повела Сендрин к дому.