– Куда-нибудь, – задыхаясь, велела она шоферу, рухнув на сиденье. – Куда глаза глядят! Пожалуйста! Побыстрее!

– Валентина!

Видал выскочил следом за ней. Еще несколько мгновений, и он успел бы добежать, но лимузин уже отъехал от тротуара и влился в поток машин. Валентина в последний раз увидела искаженное мукой лицо Видала, продолжавшего звать ее, но потом он остался позади, и Валентина, безудержно рыдая, обмякла на сиденье, словно сломанная кукла.

На следующий день она не появилась на студии и перебралась из дома, который успела полюбить, в маленькое бунгало отеля «Райский сад». Конечно, она не сможет долго держать в секрете переезд, но зато будет застрахована от внезапного появления Видала на пороге своего дома сегодня же вечером.

В отеле были бар, бассейн, а остальные бунгало занимали в основном сценаристы. Правда, Валентина не намеревалась здесь задерживаться. Только до окончания съемок «Наследницы Елены».

Книги, подаренные Видалом, выглядели здесь неуместно. Она провела пальцем по корешкам, не решаясь поднять трубку и позвонить. Она, самая известная актриса в Голливуде, о которой мечтали миллионы, была в этот вечер одна. И все же Валентина не могла ждать, пока по городу распространится новость, что она больше не ведет жизнь отшельницы. У нее остается всего несколько недель, чтобы убедить Видала, будто ребенок, которого она носит, от другого.

Наконец Валентина неохотно взяла трубку и набрала номер Саттона.

– Дорогая, какой приятный сюрприз! – воскликнул Саттон, откладывая сценарий, который читал. – Чему я обязан такой радостью?

– Я хотела спросить…вы не можете сделать мне одолжение, Саттон?

– С превеликим удовольствием, – искренне заверил актер. – Ваше желание – закон для меня, дорогая.

– Я слишком долго жила в уединении, Саттон. И теперь хочу немного отдохнуть и развлечься.

– Совершенно естественное желание, – согласился Саттон. – Но чем я могу помочь?

Валентина свободной рукой нашарила сигареты и зажигалку.

– Я знаю, это звучит смехотворно, Саттон, но мне не с кем поехать сегодня куда-нибудь. И подумала, что вы, вероятно, знаете кого-то, кто не отказался бы сопровождать меня вечером, тогда мы смогли бы отдохнуть вчетвером.

– Дорогая Валентина, – фыркнул Саттон, – да любой мужчина в городе, включая зеленых сосунков и выживших из ума старцев, отдаст жизнь лишь за то, чтобы их увидели рядом с вами. Предоставьте все мне. Мы заедем за вами в восемь.

– Я сменила адрес, Саттон.

– Час от часу не легче! Где же вы поселились?

Валентина объяснила, где живет, и Саттон, повесив трубку, потянулся к записной книжке. Последнее время жизнь стала слишком пресной. Пожалуй, немного остроты не по-угг вредит. И интрига не помешает.

Саттон лениво перелистывал странички. Барримор? Купер? Донат? Грант?

Подошедшая жена заглянула ему через плечо.

– Что ты делаешь, дорогой? Чем так поглощен?

– Сейчас звонила Валентина с весьма интересной просьбой. Она чувствует себя одинокой и просила нас поехать сегодня куда-нибудь вчетвером.

– И кто четвертый? – осведомилась жена, усаживаясь на спинку кресла.

– В этом, моя дорогая, все дело. У нее никого нет. Мне придется играть роль свата.

– В таком случае забудь о тех, кого ты сейчас назвал. Почему бы не спросить Паулоса, свободен ли он сегодня вечером?

– Паулос Хайретис, греческий пианист?

– Да, он куда больше подходит! Умен, образован, невероятно красив и, к счастью, абсолютно лишен эгоизма и тщеславия, присущих большинству твоих приятелей.