Именно поэтому я в любой момент ждал появления американцев. Ну не смогут организаторы упустить такой кадр, как столкновение двух команд. Однако вершина скалы уже приближалась, а соперников нигде не было видно. И даже когда мы преодолели перевал, всё так же оставались в одиночестве, однако теперь это меня не волновало.

— И чего будем делать, — толкнула меня немного запыхавшаяся, но всё ещё бодрая Таня, показывая на склон, полностью покрытый снегом и льдом. — Как будем спускаться?

— Как, как, — я поскрёб в затылке. — Жопой об… Матвей, а дай-ка щит.

Глава 12

— Дара, твою за ногу, сумасшедшая дура!!! Помедленнее, мы же убьёмся!!! — я не понял, кто именно это орал, похоже, все вместе, и я вместе с ними. — Тормози-и-и!!!

— Не ссыте, прорвёмся!!! — лучница же, наоборот, просто цвела, руля нашим безумным транспортным средством. Щёчки раскраснелись, глазки блестели, как и положено адреналиновой маньячке. — Тор, щит! Поворот, лево тридцать!

Это мы знаем. Команды обговорили на старте, да и поднаторел уже немного. Бросить перед несущимся щитом «Щит», притормаживая его, а затем копьём упереться в стоящий на пути камень и отвернуть импровизированные сани влево на тридцать градусов, продолжая путь по заснеженному склону горы. Если бы мне кто-то месяц назад сказал, что я буду участвовать в подобной авантюре — назвал бы его дураком. А сейчас ничего так, нормально. Даже почти не кажется, что я сошёл с ума.

Задача на сообразительность, можно ли на ростовой щит посадить семь человек? Оказывается, можно, если его делал кузнец-артефактор с волшебным молотом. В этом случае площадь щита может изменяться произвольно, превышая базовую в три и больше раз без каких-либо проблем. А ещё передний край можно загнуть, чтобы импровизированные сани лучше скользили по снегу. Но в том, что они не провалятся, я не сомневался, а вот как ими управлять был ещё тот вопрос.

В итоге мы распределились следующим образом. Первой стояла Дара, как опытный наездник, владеющий даром. Она была нашими глазами и мозгом, решая куда ехать. Я устроился за ней, служа рулём. Мой «Щит» притормаживал разогнавшееся транспортное средство, а Смешер в виде копья или молота помогал поворачивать. Нужно было лишь слушать команды, но с этим мы быстро разобрались. Дальше сидела Таня, помогающая рулить с помощью шеста, а последним посадили Матвея, как самого тяжёлого, чтобы он прикрывал нас со спины, а заодно приподнимал нос санок для лучшего скольжения.

Поначалу мы пару раз всё же завалились в снег, а ещё один рухнул со скального карниза, благо он был совсем не высоким. Но с каждым падением мы получали важный опыт и вскоре уже неслись по снежной равнине, лавируя между торчащими валунами. Скорость становилась всё выше, крики всё громче, а настроение лучше. В какой-то момент я даже забыл, что мы участвуем в соревновании, а не выехали на природу развлечься. Дара об этом, по-моему, давным-давно забыла, отдавшись чувству полёта. Казалось, если так пойдёт, мы за каких-то несколько минут проскочим этот участок. Но как всегда бывает, если всё идёт хорошо, обязательно найдётся тот, кто всё испортит. Или те.

Вот и сейчас я чудом ушёл от удара в голову. Боковым зрением уловил движение и успел уклониться. И лишь потом заметил, что мы уже были не одни на трассе. Параллельно нам рассекали снег семь человек из американской команды. А негр, любящий, чтобы ему целовали ноги, скривившись от досады за промах ловко развернулся на коротких лыжах, торчащих из ботинок, и бросился за нами в погоню.

— К бою! — я схватил Дару, переставив её себе за спину, а сам встал на носу, вооружившись Смешером.