Вот так. Выходит, мормолики нам здорово помогли. Не знаю, удалось бы выбраться без потерь, если бы жандармы ударили в бок? Если я правильно понял, где они расположились изначально, Кера могла их тоже не почувствовать.

— Хорошо, что вы живы. Мы долго тебя не видели, было бы жаль, если бы так и не встретились, — улыбнулась Акко. И великая рядом, я чувствую. Скажи, Диего, что ты хочешь сделать с этими жандармами?

Глава 4

Кера с Доменико вернулись быстро. Вместе с ними явился Пушок, повалил меня на землю и принялся вылизывать лицо. Всеми тремя головами. Ещё и конкурировал сам с собой, чтобы больше облизать. С ним иногда случаются такие вот приступы вселенской любви, противопоставить которым что-нибудь трудно. Приходится терпеть. Кера, в отличие от своего питомца, выглядела крайне недовольной:

— Никого не оставил толком! Почти все сами сдохли. Туда теперь вообще не сунешься, — пояснила своё дурное настроение богиня. — Мог бы и не выделываться. А это что за идиоты? Вы кого привели, кровососки?

Как всегда, куртуазна.

— Это жандармы, и нам надо бы решить, что с ними делать, — объяснил я.

— Убить, конечно! — Кера, в отличие от меня, никаких сомнений не испытывала. — Хочешь, я? Только вы их перестаньте зачаровывать, — это она уже мормоликам. — А то так неинтересно будет.

Моей первой мыслью тоже было прикончить. Ещё до возвращения Керы с Доменико. Даже рот уже открыл, чтобы сказать об этом мормоликам. Слишком свежи воспоминания о том поезде, в который загоняли нас жандармы. Да и потом… Никакой жалости к синемундирникам я не испытывал.

— Я тоже так подумал, — кивнул я. — А теперь вот сомневаюсь. Может, попытаться поднять репутацию Ортесов? Ну там, отпустить. Сказать, что мы такие благородные, что воюем только с чистыми, а нормальных людей не трогаем. Пусть передадут остальным. Хотя я не считаю жандармов нормальными людьми.

— Это хорошая идея, — тут же обрадовался Доменико. — Только я не представляю, как мы заставим их об этом говорить.

— Да не заставлять, — пожал я плечами. — Просто при них об это обсудить, они потом сами перескажут. Между своими, по крайней мере. Хотя ладно. Предлагаю это оставить на потом, а пока нам нужно решить ещё один вопрос.

— Семья Юний, — кивнул Доменико. Лицо его стало жёстким, взгляд похолодел. — Они нас предали. И оставлять это без ответа нельзя. Это хуже, чем просто отойти в сторону, как сделали другие семьи. Они заверяли, что продолжают выполнять союзнические обязательства, а сами…

Кажется, эта ситуация ударила по брату гораздо сильнее, чем по мне. Он, наверное, действительно доверял этим людям. Наверное, с детств знал эту семью, может, даже друзья среди ровесников были, и вот такое.

— Транспорт, — возразил я, укоризненно покачав головой. — Полагаю, эти господа, — я кивнул на жандармов, — да и чистые тоже, на чём-то сюда приехали. И собирались так же возвращаться. Значит, где-то поблизости должны быть машины. А Юнии подождут, Доменико. Время на месте не стоит, ночь закончится, а уходить на своих двоих для нас сейчас чистое самоубийство.