Вообще «гопники обыкновенные» представители семейства «мелких криминальных элементов» обитают в безлюдны темных местах или у точек продажи разливного алкоголя. Ну или как эти, выбирают глухое, безлюдное местечко. Все уличные грабители боятся скоплений людей, прохожих, свидетелей и патрулей милиции. Гопники всегда действуют группой, чтобы иметь численное преимущество. Лучшая жертва гопника — один человек в безлюдном переулке. Если ты идешь в компании, вероятность нападения резко падает.

Они обычно сразу не нападают, любят поговорить и спровоцировать тебя на контакт: обзывать трусом или упоминать родственников. Их задача — чтобы ты вступили с ними в разговор, пока они тебя окружат. Тут главное не давать им преимущества. Среди мужиков бытует мнение, что убегать от таких уродцев стыдно. Нужно обязательно принять бой и выйти из него победителем. Это полная чушь: их до хрена, а ты один, стыдно должно быть им, но вот им то как раз и наплевать. Они задавят тебя числом.

Если же бежать некуда, вот как мне, например, тяни время: возможно, повезет и появятся другие прохожие. Случайные свидетели преступникам не нужны. Вообще, эта категория уличных грабителей, для милиции расходный материал для повышения раскрываемости дел, поэтому ловят их часто и быстро, но как тебе это поможет, если ты уже по морде получил?

— Ты чё дядя?! Лавэ гони говорю! — занервничал вертлявый встретившись со мной взглядом. Ну а чего, фасад у меня сильно отличается от тыла, я, когда с утра в зеркало смотрю, сам пугаюсь. Как только Алёнка со мной живёт? Красавица и чудовище.

— Попутал ты племянничек, лавэ у тебя я просил, а ты насчет табака интересовался. Какой-то ты не конкретный. Мутный какой-то. То тебе то, то тебе это. Определись уже.

— Хорош мужик, ты всё равно один не выгребешь, хоть и здоровый, гони деньги, снимай куртку и вали на все четыре стороны — вступил в разговор один из группы поддержки, доставая из кармана нож, обычный, перочинный, впрочем, пока, не открывая его. Таким человека убить очень сложно, но вот порезать вполне.

— Может и не выгребу, а может не выгребете вы. Ну вот только, вы с меня что-то снять сможете, только когда я остыну уже. И уж поверь мне хлопчик, целыми вы точно не уйдёте, так что расходимся краями, или хорош лясы точить, у меня времени мало.

— Ща пацаны — доселе молчавший третий, оказался умнее своих товарищей по ремеслу — это по ходу деловой какой-то. Обзовись дядя, чьих будешь?

— Ты паря, конечно по умнее этих бакланов будешь, но мой тебе совет, не строй из себя блатного, люди не оценят. Вот ты с какой целью интересуешься? Я тебя не знаю, а вдруг ты под мусорами какими ходишь?

— Нарываешься — хмуро сказал вертлявый, но былой уверенности в его голосе уже не было.

— Ты бы взял пример с кореша, и мозги включил. А то, судя по всем приметам, скоро заедите на крытку, а ты общаться с людьми не умеешь.

Вроде договорился, но вертлявый всё испортил. С криком «Вали его!» он вдруг бросился на меня.

Я был готов и бдительности не терял. Шаг в сторону, и вертлявый с испуганным визгом улетает в воду. Второго нападавшего я встретил от всей души — пробил по яйцам как по футбольному мячу во время пенальти. Прием не честный, но никто тут честно драться не собирался. Передо мною остался один противник, самый опасный, в руке у хулигана перочинный нож, только вот почему-то до сих пор не открытый.

— Ну теперь хана вам уроды. Я из вас сейчас котлеты «по Киевски» делать буду! — давим голосом, не даём опомнится оппоненту, главное — уверенно и зло. Я выше и явно сильнее хулигана, двое из игры выведены. Один до сих пор бултыхается в холодной, апрельской воде, второй воет от боли у меня в ногах. Если бы не нож…

— Уходи… — голос третьего хулигана испуганный и растерянный.