— Уходи… — голос третьего хулигана испуганный и растерянный. Не этого он ожидал, когда подкарауливал одинокого путника в безлюдном месте.

— Уходи говоришь? — я сделал вид, что задумался, а потом резко подскочив к растерявшемуся гопнику, пробил классическую троечку в голову. Всё. Хулиганы закончились. Три ноль в мою пользу. Вертлявый из воды вылезать не спешит, двое на земле и уже не соперники. Я быстро подобрал нож. Да это и не нож никакой! Это складная расческа, выполненная в виде имитации ножа! Да, переоценил я товарищей бандитов.

Задерживаться я не стал. Хватит приключений на мою задницу. Сунув трофей в карман, я удалился с места побоища. Разглядывать красоты парка, да и всей Москвы, мне что-то перехотелось.

Сейчас раннее утро, а я уже возле здания МГУ. Насколько я помню, тут имеется исторический факультет, на котором есть и кафедра древних языков, и кафедра археологии. Попробую разузнать хоть что ни будь, о тех надписях, что мне удалось скопировать с портальных камней.

Представление о классическом профессоре у большинства населения нашей страны сложилось из посмотренных в детстве и юности советских фильмов. Этакий сухонький старичок, а-ля доктор Айболит, с бородкой как у козла и непременными очками. Разговаривать он должен конечно с обязательным употреблением после каждого слова «нус» и Илличевского «батенька». Ну а мне встретился совершенно противоположный тип.

Ерастов Павел Лукич совсем на классического профессора похож не был. Косая сажень в плечах, больше на борца смахивает, светлые, непослушные волосы и нос картошкой. С виду типичный пролетарий. Он сидел за столом и что-то сосредоточенно писал в большой тетради.

— Рассказывай давай, только быстро, зачем приперся и уё…й, у меня ещё работы много — неприветливо встретил меня профессор не отрываясь от своих записей — если ты насчет отработки зачетов, то пи. й к Вере Степановне. Задрали уже! Как на лекции ходить, так у вас то срачка, то болячка, а как зачеты сдавать, так Лукич помоги! Х…й вам!

— Э. — я аж растерялся от такого приема. Вот как на него реагировать? Вроде бы и огорчится надо, но вся нелепость ситуации вызывала какой-то когнитивный диссонанс.

— Ну чего мычишь? Как девок снимать и пялить, так небось слова находятся? Ладно. Некогда мне. Давай свою зачетку, на хрена вы только на мою кафедру прётесь все?!

— Да я как бы и не студент вообще то.

— Да мне пох. й! Студент, аспирант, тот же х. й, только вид с боку! Это вы там, у себя в общаге письками меряйтесь. А вообще, если ты аспирант, то тем более, хрен тебе, а не зачет! Ты как кандидатскую собрался писать, бестолочь?!

— Вообще не собираюсь. На хрена мне диссертация?

— Не понял… — профессор поднял своё лицо и уставился на меня удивлённым взглядом — Ой! Простите ради бога! Я думал кто-то из моих студентов зашёл. Еще раз простите!

— Да ничего, бывает — усмехнулся я, вот повезло же кому-то с профессором. А ничего так, нормальный мужик. Мне всегда такие нравились, с этим можно договорится. Поматерит, выпустит свой гнев, а зачет всё равно поставит. Хуже, когда натыкаешься на сухарь какого ни будь. У того до иудейской пасхи будешь сдавать и не сдашь. Я много раз был студентом, уж мне ли не знать.

— Так что вас ко мне привело? Только учтите, насчет свободного времени я несколько не утрировал. У меня его действительно немного.

— Я постараюсь быстро. Позвольте представится — Найденов Кирилл Владимирович. Краевед любитель. Пришёл к вам проконсультироваться, если это возможно, как к более опытному соратнику по ремеслу.

— Интересно. Всегда приятно встретить энтузиастов изучения истории родного края.