При его приближении я с трудом сглотнула, и мой голос, когда я ответила, был уже не столь тверд.

‒ Без проблем, мистер Паркер.

‒ Можешь сказать: «Пожалуйста, мистер Паркер»?

‒ Что «Пожалуйста, мистер Паркер»?

‒ Ничего. Просто хотел услышать, как хорошо звучит эта фраза в твоем исполнении. ‒ Чейз сократил оставшееся расстояние и теперь стоял у противоположного конца моего стола, небрежно опершись на него бедром. Подняв руку, он провел большим пальцем по своей нижней губе и произнес, обращаясь непосредственно к моему рту: ‒ «Пожалуйста, мистер Паркер». Однажды твои уста скажут это. Попомни мои слова.

_______________________

Иронично, что сегодня я должна была готовиться к встречам по фокус-группам тогда, когда сама не могла сфокусироваться.

Наш утренний разговор с Чейзом просто взорвал мой мозг, и я была рада, что плотный график середины рабочего дня не оставлял возможности для посторонних мыслей.

Первая из двух встреч была назначена на час дня в большом конференц-зале, расположенном в восточном крыле здания, рядом с кабинетом Чейза, и я не могла не заглянуть внутрь, проходя мимо.

С поднятыми жалюзи его кабинет напоминал виртуальный аквариум. Сам Чейз сидел за столом, откинувшись на спинку кожаного кресла, и говорил по проводному телефону, глядя в потолок.

Засмотревшись, я перестала обращать внимание на то, куда иду, и врезалась прямо в Джоша. В одной руке я несла большой пластиковый стакан с кофе, а в другой ноутбук и блокнот с записями. При ударе крышка со стакана соскочила, а ноутбук и блокнот начали выскальзывать из моей хватки. В бесплодной попытке их удержать, я подалась вперед, в процессе выливая кофе на свою блузку. В результате все оказалось на полу, включая стакан с остатками кофе.

‒ Вот гадство! – простонала я.

‒ Прости, я слишком быстро шел, ‒ извинился Джош.

‒ Нет, это моя вина. Я не смотрела, куда иду.

Джош глянул на мою блузку, от которой поднимался легкий пар.

‒ Очевидно, кофе был очень горячий. Ты не обожглась?

Прежде чем я ответила, из своего кабинета вышел Чейз с бумажными полотенцами. Он передал их мне и наклонился, чтобы поднять ноутбук и блокнот.

‒ Почему бы тебе не промокнуть их, ‒ сказал он, вручая предметы Джошу, ‒ а я пока позабочусь о Риз.

Попытка высушить бумажными полотенцами блузку не увенчались успехом. Я пролила на себя почти литр кофе, и моя кожа была пропитана им, как и тонкая ткань блузки, покрывающая ее.

‒ Тебе нужно нечто бо́льшее, чем несколько бумажных полотенец. Пойдем со мной.

Чейз провел меня в свой кабинет, и я была хорошо, даже слишком хорошо осведомлена о том, что его ладонь покоится на моей пояснице, а некоторые пальцы находились в пограничной зоне между спиной и задницей. Скорее всего с его стороны это был непреднамеренный невинный жест, в отличие от мыслей, которые он вызвал у меня.

Я злилась на себя за то, что вела себя настолько непрофессионально, и выместила свое разочарование на Чейзе.

‒ Знаешь, это ты во всем виноват!

‒ Я?

‒ Ты меня целый день отвлекаешь!

Было очевидно, что Чейз совсем не чувствовал угрызения совести за то, что стал причиной этого беспорядка, поскольку выглядел чрезвычайно довольным, отвечая на мои обвинения.