‒ Безусловно, ты сделала все тяжелее и… жестче, ‒ усмехнулся Чейз.

Я игриво шлепнула его по груди в ответ на скабрезность.

‒ Пошли, Босс Мэн. Мы уже опаздываем на встречу.

Элейн Денис ‒ вице-президент компании «Advance Focus Market Research» ‒ только начала свое выступление, когда мы с Чейзом вошли в конференц-зал. Она подробно рассказывала об опыте своей компании в моделировании фокус-групп в индустрии товаров для женщин и о том, как важно учитывать при исследовании разные географические районы.

‒ Продукция для женщин, проживающих в Нью-Йорке, отличается от той, которая выпускается для живущих на Среднем Западе, ‒ говорила она. ‒ Большинство женщин хотят одного и того же: побаловать себя, чувствовать себя красивыми и быть привлекательными для противоположного пола. Косметические средства, с помощью которых это достигается, могут варьироваться от области, где проживают покупатели…

Устроившись удобнее, я постаралась выкинуть из головы последние пятнадцать минут и начала делать заметки по ходу презентации. Я частенько имела дело с фокус-группами на протяжении семи лет работы в «Fresh Look», но всегда появлялось что-то новое. Наш мир менялся ежеминутно, и реклама товаров для женщин становилась все более трудной задачей.

Я сидела за два места от ведущей презентации, по правую сторону длинного стола для переговоров. Чейз же устроился в самом дальнем конце стола на противоположной от меня стороне. Не в первый раз я замечала, что на подобных встречах он предпочитал не сидеть во главе стола. Он принадлежал к тому типу руководителей, которые вникают во все вопросы и участвуют во всех обсуждениях, но не чувствуют необходимости постоянно напоминать сотрудникам, кто здесь главный.

Мой взгляд на мгновение метнулся к Чейзу, и я заметила, что он пристально на меня смотрит. Я быстро перевела взгляд в сторону, но ровно через две секунды он сам вернулся в исходную точку. Чейз оглядел комнату, словно желал удостовериться, что за ним никто не наблюдает, ‒ конечно, все внимательно следили за презентацией, что и нам следовало делать, ‒ а затем одними губами прошептал мне: «Я, правда, люблю, что ты умеешь читать по губам».

Застенчиво улыбнувшись, теперь я оглядела комнату и снова посмотрела на Чейза.

«Словно мы в школе и стараемся, чтобы нас не застукали за передачей записок во время урока», - подумалось мне.

Взгляд Чейза был будто приклеен к моим губам, пока его собственные губы образовывали беззвучные слова: «А еще я очень люблю твои губы!».

Смутившись, я заерзала на месте и вернула внимание к ведущей презентацию. Мне удалось продержаться минут пять, прежде чем мой взгляд опять сместился к Чейзу. В этот раз он даже не побеспокоился узнать, смотрит ли на него кто-нибудь, когда также без звука произнес: «Мне очень нравится моя рубашка на тебе!».

Я бросила на него предупреждающий взгляд, который ничуть его не испугал. Чейз продолжил, а я, как последняя дура, оказалась не в силах отвести от него взгляд, когда он выдал очередную фразу: «Не могу дождаться, чтобы увидеть, что находится под ней!».

Мне хотелось убить его. Но больше мне хотелось услышать, что именно он собирается сделать после того, как выяснит, что находится под ней.

К счастью, Джош, назвав мое имя, вернул мое внимание к тому, что происходит в конференц-зале.