Отдавая должное закускам, мы поговорили о фокус-группе и планах на завтра, а затем перешли на более личные темы.

Я бездумно водила пальцем по запотевшему стеклу своего бокала с вином, когда Чейз дотянулся через стол и дотронулся до шрама на моей ладони.

‒ Он похож на татуировку. Даже твои шрамы красивы.

‒ Кстати о татуировках. ‒ Подхватила я тему. ‒ Я заметила, что у тебя есть тату. Только одна или есть еще?

‒ Одна.

То как Чейз резко откинулся на спинку стула и тот факт, что он ограничился односложным ответом, очевидно желая сменить тему, подстегнули мое любопытство.

‒ Это же какая-то фраза, верно? Что в ней говорится?

Чейз обвел взглядом зал ресторана, а затем поднял свой бокал и сделал большой глоток.

‒ Страх не остановит смерть, он останавливает жизнь.

‒ Мне не понаслышке об этом известно, ‒ помолчав, сказала я, когда Чейз, наконец, посмотрел на меня.

Поддерживая наш зрительный контакт, я изо всех сил искала нужные слова, чтобы поощрить его открыться мне, но тут взгляд Чейза скользнул вниз к моему шраму, и он неожиданно продолжил.

‒ Мы с Пейтон вместе учились в школе и были просто друзьями вплоть до последнего семестра в университете, когда стали парой. В то время моя жизнь двигалась вперед бешеными темпами. Я запатентовал несколько своих изобретений, открыл офис, начал набирать персонал… ‒ Чейз запнулся и замолчал. ‒ Спустя ровно год после окончания университета я попросил Пейтон стать моей женой, а через два дня она умерла…

В голосе Чейза чувствовалась неподдельная боль, и я буквально могла ощутить, как мое собственное сердце сжимается от горя.

‒ Мне так жаль, ‒ проглотив ком в горле, прошептала я.

Чейз кивнул и снова взял небольшую паузу, прежде чем продолжить.

‒ Долгое время после этого я пребывал не в лучшем состоянии. Именно поэтому и лицензировал большинство своих изобретений. Я пил. Довольно сильно. И понимал, что не смогу самостоятельно заниматься внедрением новых косметических средств на рынок. К счастью, мои адвокаты не подкачали. Они заключали сделки, по которым я получал щедрые гонорары только за то, что в течение нескольких лет позволял другим компаниям использовать мои патенты. Все, что я сделал на тот момент, - это сохранил свою исследовательскую группу, чтобы у меня было на чем сосредоточиться.

‒ Похоже, это было верное решение.

‒ Теперь, оглядываясь назад, я это понимаю.

Я очень хотела задать Чейзу вопрос, но не знала, как его сформулировать.

‒ Как… я имею в виду… твоя невеста… она болела?

Чейз покачал головой.

‒ На нее напали. На следующей неделе будет семь лет, как это произошло. Полиция так и не нашла того, кто это сделал.

Дотянувшись через столик, я взяла руку Чейза в свою и кратко ее сжала.

‒ Я не знаю, что сказать… Мне очень-очень жаль.

‒ Спасибо. ‒ Кивнул Чейз. ‒ Это было сложное время для меня. Даже когда я начал снова встречаться с девушками, то не был способен на что-то большее, чем… ну, ты понимаешь.