Мое тело охватил жар, и я нервно сглотнула.

‒ Не нужно вдаваться в детали, достаточно ответить, что ты предпочитаешь.

‒ И почему я не должен этого делать, когда более описательный ответ придает твоей коже этот сексуальный розовый оттенок?

До конца ужина мы продолжали в том же духе, обмениваясь своими сексуальными и не очень предпочтениями. Моя уловка сработала, – вечер закончился в приятной игривой атмосфере – но в тоже время внутри меня шла напряженная борьба: желание против голоса разума. И в данный момент желание определенно надирало разуму задницу.

После ужина, когда мы с Чейзом вернулись к нашим номерам, я чувствовала себя словно школьница на первом свидании.

Оставляя между нами пространство в несколько шагов, Чейз взял мои ладони в свои руки и сказал:

‒ Спасибо, что поужинала со мной, и за то, что позволила испортить твою командировку.

‒ Ты был уже в самолете, когда я туда попала. У меня не было особого выбора, ‒ пошутила я.

‒ Завтра после собрания фокус-группы я дневным рейсом улечу в Нью-Йорк.

‒ Ты вернешься домой? Почему?

‒ Потому что я продолжаю давить на тебя, надеясь, что ты поддашься. Но сегодня вечером мне стало понятно, что тебе нужно самой принять это решение. И я подожду, когда ты его примешь. ‒ Чейз притянул меня к себе и поцеловал в лоб. ‒ А теперь иди в номер, пока я не передумал, и ты не оказалась прижатой к двери вместо того, чтобы находиться в безопасности за ней.

Зайдя в номер, я минут десять простояла, прислонившись к двери и прислушиваясь. И только еще спустя минут пять услышала, как открылась и закрылась дверь в номер Чейза.

Я не могла вспомнить, чтобы когда-либо в своей жизни так сильно хотела мужчину. Некоторое время мне думалось, что это происходило, потому что он мой босс. Ну, там, запретный плод и все такое. Но теперь я точно знала, что за моим влечением к Чейзу крылось нечто большее.

И это пугало меня еще сильнее.

Да, я использовала тот факт, что он являлся моим начальником, в качестве предлога, чтобы сохранять дистанцию, но правда заключалась в том, что я до чертиков боялась того, что чувствовала, находясь рядом с этим мужчиной. Как и моим родителям, мне не везло в любви, и я просто не могла не задаваться вопросом, смогу ли обрести настоящую любовь, находясь в тени другой, уже умершей, женщины.

Казалось, мои страхи были оправданы, но в то же время я так устала бояться.

Осознание этого заставило меня вспомнить о татуировке Чейза.

Всего семь коротких слов, но они более чем четко отражали историю наших с Чейзом жизней.

Я глубоко вздохнула и поняла, что еще не включила свет в номере, что было необычно для меня. Как правило, я всегда проводила зачистку территории – проверяла шкафы, душ и заглядывала под пугающую кровать ‒ в течение десяти секунд после входа.

Упрямо мотнув головой, я решила сегодня этого не делать, хотя теперь меня грызло то, что я пренебрегла данной частью своей ежедневной рутины.

Лежа на полу темного гостиничного номера, я испытывала головокружение от вихря мыслей в своей голове, продолжая переигрывать отрывки и куски наших с Чейзом взаимодействий за последний месяц.