Разведчики одновременно обернулись. Хотя разбитое лицо выглядело страшно, но стимулятор сделал свое дело. Двигалась она почти, как раньше.

- Он связывался с Грегом. Нам надо продержаться еще час. Потом их раздавят. На подлете малый транспортник. Семнадцатый батальон.

- Ого! - не удержался Кротов. - За что нам такая честь?

Отборный семнадцатый батальон даже в их спецназовской бригаде был на особом положении. Укомплектован он был лучшими бойцами. Чаще всего он работал вместе со спецназом всесильного министерства разведки и общественной безопасности. Но, по рассказам, они больше охотились на различных космических монстров, чем воевали.

- Не знаю. Если доживем, все узнаем. Скорее всего, просто оказались ближе всех - как мы. Что думаете? Как будем прорываться?

- Прорываться? Да нас покончают прямо на выходе.

- Кротов, не злись. Подумай. Здесь нам не высидеть. Не смогут ворваться, в конце концов, просто долбанут из плазмомета. Тогда все.

- Лейтенант прав, - поддержал Ленду зардерец.

- Сам знаю, что прав, - огрызнулся Сергей.

Снаружи загремел усиленный техникой голос:

- Я не знаю, кто вы, и какого ... вы здесь устроили, но мне плевать. Мне нужен парень, который плавает в стеклянном ведре. И еще дети! Отдайте, и можете катиться куда хотите! Даю вам на обдумывание десять стандартных минут.

Голос смолк. Потом добавил:

- А ту беловолосую сучку вместе с охранником можете забрать себе и делать с ней, что хотите! - говоривший довольно захохотал. Потом резко добавил. - Время пошло!

Все переглянулись. Мысль о том, чтобы поторговаться за жизнь беловолосой пленницы, пираты пресекли в самом начале. В это время она, словно почувствовав, что её вспомнили, подала голос:

- Вы, идиоты! Развяжите меня, я помогу вам остаться живыми. И побыстрей, этот пират, конечно, тоже умом не блещет, но слово у него не расходится с делом.

- Сейчас, я подтащу её сюда. Пусть расскажет.

Кротов подошел к связанной женщине. Дети стоявшие возле неё, молча расступились. Не обращая внимания на презрительный взгляд, он взял её на руки и понес. Сила, появившаяся во время схватки с киборгом, ушла. 'Похоже, все появляется, только когда меня начинают убивать'.

- Ну, и что ты сейчас чувствуешь? - язвительно спросила пленница. - Каково это, быть нелюдью?

- Пошла ты. Я человек.

Она ядовито засмеялась:

- Много раз видела существ, которые могут оторвать голову биороботу, а вот такого человека вижу впервые.

Кротов промолчал. Его самого мучило то же - насколько он еще человек? Он отогнал эту мысль. Комплексовать будем позже, сейчас надо выбраться.

Сергей поставил женщину на пол и кивнул лейтенанту:

- Она ваша.

- Развяжите, - повторила пленница. - Надо отдать им детей и останки той твари из аквариума.

- Останки - да, детей - нет!

В голосе Бреге послышался металл.

- Тогда, сдохнете! Подумайте. Эти дети - это уже не люди. Как вот этот ваш, - она показала пальцем на Кротова. - Все кто пообщался с тем существом, становятся выродками. Поверьте, мне, я уже давно занимаюсь этим делом. Кстати, спросите у этого. - Она упорно не хотела называть его человеком. - Зачем он его пристрелил?

Сергей не слушал, он опять почувствовал прикосновение чужой воли. Касания были слабенькие и беспорядочные. Всплыло детское воспоминание: так же бестолково тыкались мокрыми носами в его руку новорожденные слепые щенки. Он закрутил головой: Откуда, кто это опять? Кротов вдруг споткнулся о взгляды детей. Все они смотрели на него. Неужели они? Но ведь на Зорне под управление Шерхама-Маттиаса попадали только те, у кого был вживлен чип. То есть взрослые.

Сергей начал догадываться, для чего нужна медмашина. Поэтому они и пострижены наголо. Официально детям эта операция запрещена. Очень опасно.