Сара с нежностью посмотрела на Фердинанда и инстинктивно протянула руку, чтобы погладить его по волосам. В этом мужчине ощущалось что-то особенное, и это заставило ее раскрыть ему свое сердце и рассказать о сокровеннейших страхах.

– Когда я увидела тебя у двери моей молельни, меня охватил сильный страх. В первый момент я больше опасалась не смерти. Я содрогнулась, представив, что медальон может оказаться в чужих руках. Мой святой долг заключается в том, чтобы хранить этот медальон пожизненно и передать его своим наследникам. Я была вынуждена много лет страдать оттого, что у меня нет потомства, поскольку не смогла забеременеть от моего мужа за все годы нашего брака. С того момента, как я сняла траур по мужу, меня не покидает навязчивая мысль, Мне кажется, что я должна встретить мужчину, который сможет подарить мне сына, и мой сын со временем будет носить священный медальон. Тех немногих мужчин, с которыми мне удалось поближе познакомиться, пугает, что я вдова. Для еврейского мужчины я считаюсь использованной женщиной, принадлежавшей другому, и это отталкивает их. И, кроме того, я знаю, что не могу откладывать это на будущее, мне уже скоро исполнится тридцать два года. Не достигнув этой цели сейчас, боюсь, позже я уже не смогу родить. Но законы рода обязывают меня смешать свою кровь исключительно с еврейской кровью.

– Ты очень красивая и еще молодая женщина. Ты обязательно встретишь своего мужчину, – попытался успокоить ее Фердинанд, который так и не мог понять, почему до сих пор не нашлось десятков претендентов на руку этой женщины.

– Возможно. Но после вашего жестокого вторжения в Иерусалим мне придется искать его далеко отсюда, поскольку здесь не осталось ни одного иудея, одни крестоносцы.

Женщина еще ближе придвинулась к нему. Она посмотрела ему прямо в глаза и продолжила:

– Фердинанд, узнав тебя ближе, я поняла, что ты человек чести и что ты тоже богобоязнен, как и я. – Она погладила его по щеке. – Ты спас меня от верной смерти и, кроме того, ты уважаешь меня как женщину. Я знаю, что могу доверить тебе все мои тайны, поскольку ты сможешь сохранить их в своем сердце и никогда не раскроешь другим.

Фердинанд ответил на ласку Сары, накрыв ее руки своими руками, и продолжал слушать.

– Я надеюсь, что ты с тем же благородством исполнишь то, о чем я тебя сейчас попрошу. Мне нужна твоя помощь, чтобы бежать из Иерусалима. Я не могу оставаться здесь, скрываясь, ведь тебе не поздоровится, если узнают обо мне. У меня есть друзья в Телеме, это маленькая деревня к западу от Хеброна. Если мы сможем туда добраться, меня примут в их дом, и я смогу начать там новую жизнь.

Фердинанд, продолжая сжимать ее руки в своих, поочередно поцеловал их и решительно сказал:

– Как благородный человек, я клянусь перед Богом и перед тобой, что беру на себя обязательство доставить тебя в сохранности в тот город, который ты мне укажешь. Завтра же утром мы отправляемся в Хеброн. Я достану тебе подходящую одежду и доспехи, чтобы ты переоделась в крестоносца. Таким образом, я думаю, мы сможем обмануть охрану, и, как только опасность минует, ничто уже не остановит нас до самого Телема.

Услышав его слова, Сара не смогла сдержать эмоций, вызванных благородным поступком Фердинанда, и расплакалась от радости.

Фердинанд поднялся и быстро вышел из комнаты, а потом и из дома – на поиски одежды для Сары.

Свежесть ночи прояснила его мысли, и, немного подумав, он направился к одной из палаток, которые были разбиты накануне вечером, чтобы хранить в них доспехи и снаряжение крестоносцев.

Сара легла в своей спальне на втором этаже. Она долго не могла уснуть. Неспокойно ворочаясь среди сбитых простыней, она пыталась представить, что ее ждет в будущем.