Меч Фердинанда одним взмахом отрубил руку первого солдата и вонзился в живот второму, и тот, смертельно раненый, сразу же тяжело рухнул на землю.

Фердинанд снова атаковал египтянина, оставшегося без руки. Тот лежал на земле, не сводя глаз с раны, из которой хлестала кровь. Крестоносец нанес ему сильнейший удар по голове. Череп неверного разлетелся надвое, как разрезанный ножом апельсин.

Фердинанд в совершеннейшем ужасе упал на колени перед Сарой, увидев, что стрела вышла из ее груди, тогда как ее кончик торчал из спины. Он понял, что рана смертельная.

Сара, поддерживаемая Фердинандом, посмотрела ему в глаза и по их выражению поняла, что ее рана очень серьезна.

– Этого не должно было произойти, мой господин, но мой конец уже близок.

Мучительный кашель прервал ее слова. Фердинанд сквозь слезы видел, что у нее из груди, не переставая, льется кровь.

– Что ты хочешь, чтобы я сделал, Сара? – спросил Фердинанд.

С большим трудом Сара ответила:

– Только две вещи. Это последнее, о чем я хочу попросить тебя. Во-первых, возьми мой медальон и повесь его себе на шею. Теперь он будет переходить от поколения к поколению в твоем роду. Ты должен пообещать мне, что никогда не раскроешь тайну его происхождения никому, кто не принадлежит к твоему роду и не является твоим наследником. Он уже не будет передаваться в моем роду, но твое благородство делает тебя достойным того, чтобы носить этот священный предмет. Во вторых… – у нее на несколько секунд перехватило дыхание, – вознеси молитву моим богам, когда я умру.

Во взгляде Сары появилась печать неминуемой смерти. Фердинанд приблизил свои губы к ее губам и прижался к ним в долгом поцелуе. Слезы текли по его щекам и падали на лицо женщины. Когда он отстранился от нее, она уже была мертва. Он много часов горько плакал над телом Сары, не отдавая себе отчета, сколько прошло времени. Когда его боль немного утихла, он поискал под ее одеждой медальон и осторожно снял его. Фердинанд стер с него кровь и повесил себе на шею, спрятав под одежду.

Неподалеку от родника Фердинанд мечом вырыл могилу. Он положил туда тело Сары и сначала засыпал его песком, а потом заложил грудой камней. После этого он, стоя перед могилой, выпрямился во весь рост, посмотрел на окрашенное в оранжево-красный цвет небо, на солнце, которое уже наполовину скрылось за горизонтом, и, сжав в правой руке медальон, громко воскликнул:

– О Господь, отец Авраама, Исаака и Иакова, с которыми ты скрепил святой союз! Посмотри с любовью на твою дочь Сару, которая верно хранила символ человеческого самопожертвования. Прими ее в свое царство, чтобы она насладилась твоим присутствием и близостью ее предков. Господи, дай мне крепости и благородства, чтобы быть достойным такой высокой чести. И я прошу тебя, руководи мною и помоги выполнить эту важную миссию. – Он сделал глубокий вдох и продолжил: – Я, Фердинанд де Субиньяк, на Святой земле, окропленной кровью твоей рабы, клянусь тебе, что этот медальон никогда не попадет в руки твоих врагов, ни по моей вине, ни по вине моих потомков!

Схватив меч, он с силой вонзил его в землю, завершая свою речь словами:

– Да будет так, по твоей святой воле!

В этот момент над Иерусалимом раздался сильный гром. Все удивленно посмотрели на небо, на котором не было ни облачка. Некоторые утверждали, что это знак Господа.

Сеговия.