|
Это очень необычная церковь по стилю постройки – двенадцатиугольная. Ее строительство было завершено в 1208 году, о чем свидетельствует табличка в ее центральной часовне. Это прекрасный пример многоугольной постройки в стиле культовых сооружений крестоносцев. В настоящее время церковь принадлежит рыцарям Мальтийского ордена, ранее называвшимся Странноприимцами святого Иоанна, имеющим те же корни, что и религиозно-военный орден крестоносцев. Какая жалость, что сейчас у меня нет времени показать вам ее! На нее стоит посмотреть! Может, это звучит слишком самонадеянно, но я считаю себя экспертом по истории крестоносцев. Ну хорошо. Мы можем договориться посмотреть ее в другой день, без спешки, как она того заслуживает. Церковь Подлинного Креста, Моника, – это нетипичный храм, он отличается от всех, какие вы только видели в своей жизни, и в особенности – своей поистине увлекательной историей.
Фернандо взял слово и ответил на второй вопрос Моники: – Однажды ночью мой отец был задержан в этой церкви. Он взломал дверь, и полиция застала его, когда он пытался поднять плиту одной из могил наших предков с помощью большого лома. Мы так никогда и не узнали, что он намеревался сделать или что искал внутри, но злой судьбе было угодно, чтобы его задержание совпало с другим ограблением, происшедшим в те дни, и в этом тоже обвинили его. После осмотра всех культовых предметов обнаружилось, что не хватает маленькой античной чаши, находившейся в одном из алтарей. Отец клялся, что не брал ее, и действительно у него ничего не нашли. Но чтобы не отпускать его просто так, его осудили на год с небольшим за осквернение святого храма, порчу реликвий и ущерб, нанесенный историческому наследию. – Но как это возможно, что он так никогда и не рассказал вам, почему хотел открыть семейные могилы? – спросила Моника, не в состоянии скрыть свое удивление. – Нет, Моника. Об этом эпизоде, как рассказывала мне мать, отец никогда не хотел говорить, никогда, и мать сама не понимала мотивов такого его поведения. Лючия поднялась с кресла и начала рыться в груде бумаг у себя на столе. Она достала старую книгу в голубом переплете и снова села на место. Моника отметила, что она села чуть ближе к Фернандо, чем сидела раньше. Лючия открыла страницу, на которой были сделаны пометки желтым маркером. – Вот все записи о приеме и освобождении заключенных, которые я нашла. Здесь вы можете увидеть, – а не пора ли нам перейти на «ты»? – можешь увидеть фамилию своего отца и дату его выхода из тюрьмы: 20 августа 1933 года. Моника начала думать, что эта женщина слишком самоуверенно себя ведет. Она даже начала говорить Фернандо «ты»! – Безусловно, это был он! – воскликнул Фернандо. – Это его подпись справа. Но, Лючия, скажи мне вот что: почему он так и не получил посылку, если она была адресована ему и все это время находилась в тюрьме? – Именно на этот вопрос у меня еще нет ответа. Давайте спустимся в подвал. Там мы храним все регистрационные книги о приеме и отправке товаров, а также записи о почтовых отправлениях в адрес тюрьмы. Если нам повезет, мы сможем обнаружить даты получения и отправки посылки. Я надеюсь, она была зарегистрирована, когда поступила, и это поможет разрешить наши сомнения. Лючия решительно поднялась с кресла и пригласила их следовать за ней. Они пошли по коридору, затем вниз по лестнице и наконец оказались у двери, которая вела в подвальное помещение. Дверь была заперта на ключ. – Подождите меня здесь минуту. Я схожу за ключом. Думаю, он у кого-то из служащих. Как только Лючия исчезла, Моника захотела поделиться с Фернандо своими впечатлениями: – Ты отдаешь себе отчет в том, что уже прошло почти полдня, а мы все еще ничего не знаем? Уже половина второго, и, по моим расчетам, при таких темпах мы не выйдем отсюда до двух часов. |
