|
Представь себе Эльзу на ее месте и ты поймешь, о чем я говорю. Она отгородилась этой маской от всего мира и копила внутри себя горе и отчаяние. Не один раз я просыпался ночью, слыша ее тихий плач. Сейчас же я прекрасно вижу, что маска уже дала солидные трещины. Виктор, пожалуйста, разбей ее окончательно и верни нам ту Миру, которая бесила и выводила нас из себя, но которая и была нам дорога именно поэтому.
— Ого! Эльфман, ты ли это!? Слова не мальчика, но мужа! А где же твое вечное — "Мужик обязан…" и так далее по тексту?
— Не одна Мира смогла придумать себе маску. — усмехнулся двухметровый здоровый детина. — Но я свою маску смогу разбить сам.
— Н-да. Задал ты мне задачку, Эльфман. Сделать из ангела дьяволенка. А ты уверен, что твоя сестра сама хочет стать прежней? Может ей понравилось быть такой. — Виктор кивнул на играющуюся в воде Миру. — Все же всем нам пришлось резко повзрослеть за довольно короткое время и часть того, что ты считаешь маской, на самом деле является ее выбором. Ты об этом не думал? С возрастом людям свойственно меняться, знаешь ли. Разве что Нацу так и продолжает оставаться неразумным ребенком. Лисанна бросает на него такие взгляды, а он их в упор не замечает.
— Какие взгляды!? — мгновенно сделал стойку Эльфман.
— Такие же, какие ты бросаешь на Эвергрин! — рассмеялся Виктор. — У вас это, похоже, семейное — бросать взгляды!
— И как ты только все подмечаешь? — тут же принялся ворчать смутившийся парень. — Тебя же в гильдии почти не бывает!
— О чем шепчетесь? — к лежащим в тени зонтов парням подлетела Кана и весело смеясь, обдала обоих водой принесенной в ракушке.
— О тебе, Кана. — посмотрев на замоченную рубашку, мрачно ответил Виктор. — Думаем, что же с тобой делать. Начинать пороть ремнем прямо здесь или все же в номере.
— А за что ремнем то!? За что!? — невольно схватившись за свои нижние девяносто, возмутилась Кана.
— Так для профилактики. — тут же пояснил Виктор. — Когда будет за что — время уже уйдет.
— Злю-ю-юка. — протянула Кана, состроив рожицу. — Лучше бы пошел искупаться со всеми, вместо того, чтобы строить тут разные козни одной милой и беззащитной девушке! Давай! Снимай ка свою рубашку и марш в море! А то разлегся тут как старый дед! — схватившись за шиворот его рубашки, Кана принялась тягать его туда-сюда в попытке расстегнуть пуговицы.
— Хорошо, хорошо, только перестань меня дергать. — с трудом отбился от цепких ручек девушки Виктор и под горящим любопытством взглядом принялся стягивать гавайку. — И не пялься так на меня! Вон, на Эльфмана лучше смотри — это у него идеально сложенное атлетическое тело.
— Э нет! Мне интересно узнать, что же такого нашла в тебе Мира!
— Эх, Кана. — покачал головой Виктор, — Мира нашла во мне интересное не столько снаружи, сколько внутри. — Сняв рубашку, он увидел, как сползли улыбки с лиц его друзей и разведя в стороны руками, сказал, — Теперь и сами видите, что любоваться тут особо нечем.
— Ты знал? — тихо поинтересовалась Кана у Эльфмана, когда их старший товарищ унесся к морю.
— Нет. — покачал головой здоровяк. — Слышал от Лисанны, что он был серьезно ранен в спину, когда вытаскивал ее, но она ничего не говорила об остальных шрамах.
— Но откуда они могли взяться!? Он же артефактор, а не боевой маг!
— Кана, я знаю о Викторе не больше тебя. Но и этого мне вполне достаточно, чтобы ни в коем случае не недооценивать его. |