– А ведь мы, даже став взрослыми, слегка побаиваемся сказок, – сказала Сусанна. – Их нам читали на ночь, когда мы были детьми, но сказки есть не что иное, как предупреждение о грозящих людям опасностях и руководство, как эти опасности избежать или укрыться от зла во всех его проявлениях. Но и это не все. Сказки говорят нам о тех опасностях, которые таят в себе те явления и места, которым мы привыкли доверять. Наш дом, например. Угрозы, исходящие от родного и хорошо знакомого, столь же реальны, как и угрозы со стороны неведомого. Забавно, что самым распространенным персонажем, общим для многих сказок, является злобная мачеха.

– Вайс утверждает, что все эти сказки и предания лежат в основе всех наших страхов и предрассудков. Формируют, как сказала Сусанна, нашу психику. – Фабель сделал паузу, чтобы собрать вилкой с тарелки остатки тальятеллы. – Он говорит, что когда мы читаем книгу или смотрим кино, мы в любом случае сталкиваемся с изложением одной из сказок.

Отто яростно закивал головой и, тыча в сторону друга вилкой, выпалил:

– Точно… и он прав! Как говорят специалисты, существуют лишь четыре основополагающих сюжета… а может быть, шесть? – закончил он, пожав плечами.

– Как бы то ни было, но все это самым странным образом связано с делом, которое я сейчас расследую. Но мы, кажется, сбиваемся на обсуждение производственных проблем, что, как известно, в нашем обществе категорически запрещено.

– О’кей, – озорным тоном произнес Отто. – Чтобы закончить с этой темой, скажу лишь то, что я наконец понял, почему Йен так увлекся сказками…

Сусанна вопросительно вскинула брови.

– Красавица… – Отто приподнял бокал, глядя на Сусанну, – …и Чудовище, – закончил он, салютуя таким же образом Фабелю.

Глава 28

23.20, воскресенье 28 марта. Бланкенезе, Гамбург

В помещении бассейна было темно и тихо, вода словно уснула на ночь. Лаура разделась в кабине и, обнаженная, остановилась перед зеркалом. Ее кожа была по прежнему безупречной, волосы сохраняли золотой блеск, а линии тела оставались безукоризненно изящными. Чтобы сохранить это лицо и это тело, ей пришлось пойти на чудовищные жертвы. Перед ней в стекле отражалась совершеннейшая женская красота, за которую множество фотографов и модельеров были готовы платить огромные деньги. Она положила ладонь на живот. Живот был абсолютно плоским и твердым. Чтобы поддерживать его в таком состоянии, ей никогда не приходилось прибегать к специальным упражнениям, напрягая и расслабляя брюшной пресс. Она еще раз оценила свое совершенство и почувствовала отвращение. Отвращение и чувство вины.

Не надевая купальника, Лаура вышла из кабины. Она выключила верхний свет, позволив темноте и покою заключить ее в свои объятия. Девушка глубоко вздохнула и бросила взгляд поверх заполненной обсидианового цвета водой ванны бассейна на большое окно, служившее своеобразной рамой для картины ночного неба. Сейчас она поплывет в это небо, и ее мысли станут чистыми и светлыми. Лаура включила подводное освещение – бледно голубое свечение вдоль бортика бассейна – и вошла в воду. Вода была прохладной, почти холодной; по ее коже поползли мурашки, а соски сразу стали твердыми. Она зашагала в глубину, и вода вокруг ее тела закружилась голубыми люминесцентными вихрями.

И в тот же момент она увидела это.

Какую то форму. Или, скорее, большую темную тень в бледно голубом свечении воды. Лауре показалось, что на дне бассейна лежит какой то предмет, но это явная бессмыслица. Она с мрачным видом двинулась в сторону загадочного предмета, стараясь понять, как он мог сюда попасть и кто мог его здесь оставить. Даже оказавшись сравнительно близко, девушка не могла сообразить, что же это такое. Когда до загадочного объекта оставалось метра два, тень распрямилась и единым движением, словно пружина, поднялась из воды.